Сказка о господине всех господ

Как-то раз одна девушка отправилась на ярмарку: она хотела наняться к кому-нибудь в услужение. И вот наконец какой-то чудаковатый на вид пожилой джентльмен нанял ее и повел к себе домой. Когда они пришли, он сказал, что прежде всего должен ее кой-чему научить, потому что все вещи в его доме называются не так, как у всех, а по-особому.

И он спросил девушку:

— Как ты будешь называть меня?

— Хозяином или мистером, как вам будет угодно, сэр, — ответила девушка. Но он сказал:

— Нет, ты должна называть меня «господином всех господ». А как, по-твоему, называется это? — и он показал на кровать.

— Постель или кровать, как вам будет угодно, сэр.

— Нет, это моя «белая лебедь». А как ты это назовешь? — спросил он, указывая на свои панталоны.

— Штанами или брюками, как вам будет угодно, сэр.

— Ты должна называть их «хлопушками и шутихами». А это кто? — показал он на кошку.

— Кошка или киска, как вам будет угодно, сэр.

— Отныне ты должна называть ее «усатой обезьянкой», Ну, а это, — показал он на огонь, — что это такое?

— Огонь или пламя, как вам будет угодно, сэр.

— Ты должна называть его «красным петушком», А это? — продолжал он, указывая на воду.

— Вода или влага, как вам будет угодно, сэр.

— Нет, это — «чистый прудок». А как называется все это? — спросил он, показывая на свой дом.

— Дом или коттедж, как вам будет угодно, сэр.

— Ты должна называть это «всем горам гора». Ночью перепуганная служанка разбудила хозяина криком:

— О господин всех господ! Слезай со своей белой лебеди и натяни живей хлопушки и шутихи! Усатой обезьянке попала на хвост искра от красного петушка! Хватай скорей чистый прудок, а не то красный петушок охватит твою всем горам гору!

Но пока хозяин понял, что случилось, дом его успел сгореть.

Сказка про волшебный рог

В давние времена жил в Англии один рыцарь. На щите у него был изображен страшный крылатый дракон, но, как вы сейчас сами увидите, это ему не помогло.

Однажды рыцарь охотился вдали от Глостера и заехал в лес, где водилось много кабанов, оленей и других диких зверей. В лесу посреди поляны стоял холмик, очень невысокий, в рост человека. На нем всегда отдыхали рыцари и охотники, когда их, бывало, измучает жара или жажда.

Но место это было не простое, а волшебное. Подняться на холм можно было только в одиночку, без спутников.

Когда рыцарь ехал по лесу и был уже недалеко от чудесного холма, ему повстречался дровосек. И рыцарь принялся его расспрашивать про этот холм.

— Поднимись на холм в одиночку, — посоветовал рыцарю дровосек, — и скажи, будто говоришь кому-то:

«Хочу пить!» И тотчас пред тобой предстанет виночерпий со светлым ликом и в богатой темно-красной одежде. Он протянет тебе большой рог, украшенный золотом и самоцветами, — как в древности украшали рога наши предки. Рог будет до краев полон неведомым душистым напитком. Пригубь его, и сразу же покинут тебя жажда и усталость и, если ты выбился из сил, силы вернутся к тебе. А когда ты осушишь рог до дна, виночерпий протянет тебе полотенце отереть рот и, не дожидаясь ни вопросов, ни благодарности, исчезнет.

Рыцарь с крылатым драконом на щите только посмеялся рассказу дровосека.

«Неужто найдется такой глупец, — подумал он, — что, однажды увидев столь прекрасный рог, не попытается им завладеть!»

В тот же день рыцарь возвращался с охоты усталый; его мучили жара и жажда, и он вспомнил про чудесный холм и волшебный рог. Он отослал своих спутников и, как научил его дровосек, один поднялся на холм и громко сказал:

— Хочу пить!

И тотчас — как и предсказывал дровосек — появился виночерпий в темно-красной одежде и протянул ему большой рог, усыпанный драгоценными камнями.

Алчность обуяла рыцаря, когда он увидел это сокровище. Он схватил рог и только пригубил, как в жилах его запылала кровь и он решил похитить рог.

И вот он выпил весь напиток до капли, но вместо того чтобы вернуть рог виночерпию, как подобало благородному рыцарю, ринулся вниз с холма и бросился бежать.

Теперь послушайте, какая судьба постигла этого рыцаря, что носил на своем щите крылатого дракона, но потерял свою рыцарскую честь и украл волшебный рог!

В те времена сам граф Глостерский не раз поднимался на чудесный холм, чтобы утолить жажду из волшебного рога и отдохнуть. И вот он узнал, что бесчестный рыцарь нарушил этот добрый обычай. Граф напал на похитителя в его же замке и убил его в честном бою, а волшебный рог забрал. Но — увы! — граф не вернул сокровища волшебнику-виночерпию, а отдал его своему государю и повелителю королю Генриху Старшему.

И с тех пор, хоть весь день стойте на волшебном холме и повторяйте: «Хочу пить!», — вам уж не посчастливится пить из волшебного рога.

Сказка про волшебную мазь

Тетка Гуди была няней. Она ухаживала за больными и нянчила маленьких детей. Как-то раз ее разбудили в полночь. Она спустилась из спальни в прихожую и увидела какого-то диковинного старичка, да к тому же косоглазого. Он попросил тетку Гуди поехать к нему, говоря, что жена его больна и не может нянчить своего грудного ребенка.

Посетитель не понравился тетке Гуди, но разве могла она отказаться от заработка? И вот она поспешно оделась и вышла с ним из дома. Старичок усадил ее на черного как уголь высокого скакуна с огненными глазами, что стоял у дверей, и они понеслись куда-то с невиданной быстротой. Тетка Гуди, боясь упасть, изо всех сил вцепилась в старичка.

Они мчались и мчались и наконец остановились у небольшого домика. Слезли с коня и вошли. Хозяйка лежала в постели, младенец — чудесный, здоровый малыш — лежал рядом с ней, а вокруг играли дети.

Тетка Гуди взяла ребенка на руки, а мать протянула ей баночку с мазью и велела намазать ребенку глазки, как только он их откроет.

Немного погодя ребенок приоткрыл глазки, и тетка Гуди заметила, что он так же косит, как и отец. Она взяла баночку с мазью и намазала ребенку веки, а сама все удивлялась: «Для чего бы это?» В жизни она не видывала, чтобы младенцам мазали веки. И вот она улучила минутку, когда никто на нее не смотрел, и тихонько помазала мазью свое правое веко.

Не успела она это сделать, как все вокруг изменилось словно по волшебству. Убранство в комнате стало роскошным; женщина в постели превратилась в прекрасную леди в белых шелковых одеждах; младенец похорошел еще больше, а пеленки его сделались блестящими и прозрачными, словно серебряная кисея. Зато его братишки и сестренки, что играли у постели, превратились в бесенят с приплюснутыми носами, острыми ушками и длинными волосатыми лапками. Они строили друг другу рожи, царапались, таскали за уши больную мать — словом, чего только не вытворяли. Тут тетка Гуди поняла, что попала к бесам.

Но она ни слова об этом не проронила. А как только женщина поправилась и смогла сама нянчить ребенка, тетка Гуди попросила хозяина отвезти ее домой. Он подвел к дверям черного как уголь коня с огненными глазами, и они поскакали так же быстро, как в первый раз, а может, еще быстрей, и, наконец, доскакали до дома тетки Гуди. Косоглазый старик снял ее с коня, вежливо поблагодарил, а заплатил ей столько, сколько ей никогда еще не платили за подобные услуги.

На другой день тетка Гуди отправилась на базар за покупками — ведь она долго не жила дома, и все ее припасы кончились. Вот стала она приценяться к товарам, и вдруг увидела того самого косоглазого старичка, что возил ее на черном как уголь коне! А как вы думаете, что он делал на базаре? Ходил от прилавка к прилавку и с каждого брал что-нибудь: с этого фрукты, с того яйца... Но никто, видимо, не замечал этого.

Тетка Гуди не собиралась мешать ему, но считала, что не следует упускать такого щедрого нанимателя, не перемолвившись с ним словечком-другим. Вот подходит она к нему, приседает и говорит:

— Добрый день, сэр! Надеюсь, ваша супруга и младенчик чувствуют себя так же хорошо, как...

Но договорить она не успела: диковинный старичок отшатнулся от нее, словно опешив от удивления, и воскликнул:

— Неужто вы меня сейчас видите?!

— Как же не видеть? — ответила она. — Конечно, вижу, и так же ясно, как солнце в небе. А еще я вижу, — добавила она, — что вы очень заняты покупками...

— Вот как? Ну, значит вы слишком много видите, — сказал он. — А скажите, каким глазом вы все это видите?

— Правым, конечно, — ответила она, довольная, что уличила его.

— Мазь! Мазь! — вскричал старый бес-ворюга. — Получай же за то, что суешься не в свои дела! Больше ты меня не увидишь!

Тут он ударил ее по правому глазу, и она сразу перестала его видеть.

Но что хуже всего — с этого часа она окривела на правый глаз, да так и осталась кривой до самой своей смерти.

Сказка про Джека и бобовый стебель

Жила когда-то на свете бедная вдова, и был у нее один-единственный сын Джек да корова Белянка. Корова каждое утро давала молоко, и мать с сыном продавали его на базаре, — этим и жили. Но вот как-то раз Белянка не дала молока, и они просто не знали, что делать.

— Как же нам быть? Как быть? — твердила мать, ломая руки.

— Не унывай, мама! — сказал Джек. — Я наймусь к кому-нибудь на работу.

— Да ты ведь уж пробовал наниматься, только никто тебя не берет, — отвечала мать. — Нет, видно, придется нам продать нашу Белянку и на вырученные деньги открыть лавку или каким-нибудь другим делом заняться.

— Что ж, хорошо, мама, — согласился Джек. — Сегодня как раз базарный день, и я живо продам Белянку. А там и решим, что делать.

И вот взял Джек в руки повод и повел корову на базар. Но не успел далеко отойти, как повстречался с каким-то чудным старичком.

— Доброе утро, Джек! — сказал старичок.

— И тебе доброго утра! — ответил Джек, а сам удивляется: откуда старичок знает, как его зовут?

— Ну, Джек, куда путь держишь? — спросил старичок.

— На базар, корову продавать.

— Так, так! Кому и торговать коровами, как не тебе! — посмеялся старичок. — А скажи-ка, сколько нужно бобов, чтобы получилось пять?

— Ровно по два в каждой руке да один у тебя во рту! — ответил Джек: он был малый не промах.

— Верно! — сказал старичок. — Смотри-ка, вот они, эти самые бобы! — и старичок вытащил из кармана горстку каких-то диковинных бобов. — И раз уж ты такой смышленый, — продолжал старичок, — я не прочь с тобой поменяться — тебе бобы, мне корова!

— Иди-ка ты своей дорогой! — рассердился Джек. — Так-то лучше будет!

— Э-э, да ты не знаешь, что это за бобы, — сказал старичок. — Посади их вечером, и к утру они вырастут до самого неба.

— Да ну? Правда? — удивился Джек.

— Истинная правда! А если нет — заберешь свою корову обратно.

— Ладно! — согласился Джек: отдал старичку Белянку, а бобы положил в карман.

Повернул Джек назад и пришел домой рано — еще не стемнело.

— Как! Ты уже вернулся, Джек? — удивилась мать. — Я вижу, Белянки с тобой нет, значит ты ее продал? Сколько же тебе за нее дали?

— Ни за что не угадаешь, мама! — ответил Джек.

— Да ну? Ах ты мой хороший! Фунтов пять? Десять? Пятнадцать? Ну, уж двадцать-то не дали бы!

— Я говорил — не угадаешь! А что ты скажешь вот про эти бобы? Они волшебные. Посади их вечером и...

— Что?! — вскричала мать Джека. — Да неужто ты такой дурак, такой болван, такой осел, что отдал мою Белянку, самую молочную корову во всей округе, да к тому же гладкую, откормленную, за горсточку каких-то скверных бобов? Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! А твои драгоценные бобы — вон их, за окно!.. Ну, теперь живо спать! И есть не проси — все равно не получишь ни глотка, ни кусочка!

И вот поднялся Джек к себе на чердак, в свою комнатушку, грустный-прегрустный: и матери жалко было, и сам без ужина остался.

Наконец он все-таки заснул.

А когда проснулся, едва узнал свою комнату. Солнце освещало только один угол, а вокруг было темным-темно.

Джек вскочил с постели, оделся и подошел к окну. И что же он увидел? Да что-то вроде большого дерева. А это его бобы проросли. Мать Джека вечером выбросила их из окна в сад, они проросли, и огромный стебель все тянулся и тянулся вверх и вверх, пока не дорос до самого неба. Выходит, старичок-то правду говорил!

Бобовый стебель вырос возле самого Джекова окна. Вот Джек распахнул окно, прыгнул на стебель и полез вверх словно по лестнице. И все лез, и лез, и лез, и лез, и лез, и лез, пока, наконец, не добрался до самого неба. Там он увидел длинную и широкую дорогу, прямую как стрела. Пошел по этой дороге, и все шел, и шел, и шел, пока не пришел к огромному-преогромному высоченному дому. А у порога этого дома стояла огромная-преогромная высоченная женщина.

— Доброе утро, сударыня! — сказал Джек очень вежливо. — Будьте так любезны, дайте мне, пожалуйста, чего-нибудь позавтракать!

Ведь Джек лег спать без ужина и был теперь голоден как волк.

— Позавтракать захотел? — сказала огромная-преогромная высоченная женщина. — Да ты сам попадешь другим на завтрак, если не уберешься отсюда! Мой муж людоед, и самое его любимое кушанье — это мальчики, изжаренные в сухарях. Уходи-ка лучше, пока цел, а то он скоро вернется.

— Ох, сударыня, очень вас прошу, дайте мне чего-нибудь поесть! — не унимался Джек. — У меня со вчерашнего утра ни крошки во рту не было. Истинную правду говорю. И не все ли равно: поджарят меня —или я с голоду умру?

Надо сказать, что людоедша была неплохая женщина. Она отвела Джека на кухню и дала ему кусок хлеба с сыром да кувшин молока. Но не успел Джек съесть и половины завтрака, как вдруг — топ! топ! топ! — весь дом затрясся от чьих-то шагов.

— О господи! Да это мой старик! — ахнула людоедша. — Что делать? Скорей прыгай сюда!

И только она успела втолкнуть Джека в печь, как вошел сам великан-людоед.

Ну и велик же он был — гора-горой! На поясе у него болтались три теленка, привязанных за ноги. Людоед отвязал их, бросил на стол и сказал:

— А ну-ка, жена, поджарь мне парочку на завтрак! Ого! Чем это здесь пахнет? 

Фи-фай-фо-фам, 

Дух британца чую там. 

Мертвый он или живой, — 

Попадет на завтрак мой.

— Да что ты, муженек? — сказала ему жена. — Тебе померещилось. А может, это еще пахнет тем маленьким мальчиком, что был у нас вчера на обед — помнишь, он тебе по вкусу пришелся. Поди-ка лучше умойся да переоденься, а я тем временем приготовлю завтрак.

Людоед вышел, а Джек уже хотел было вылезти из печи и убежать, но людоедша не пустила его.

— Подожди, пока он не заснет, — сказала она. — После завтрака он всегда ложится подремать.

И вот людоед позавтракал, потом подошел к огромному сундуку, достал из него два мешка с золотом и уселся считать монеты. Считал-считал, наконец стал клевать носом и захрапел, да так, что опять весь дом затрясся.

Тут Джек потихоньку вылез из печи, прокрался на цыпочках мимо людоеда, схватил один мешок с золотом и давай бог ноги! — кинулся к бобовому стеблю. Сбросил мешок вниз, прямо в сад, а сам начал спускаться по стеблю все ниже и ниже, пока, наконец, не очутился у своего дома.

Рассказал Джек матери обо всем, что с ним приключилось, протянул ей мешок с золотом и говорит:

— Ну, что, мама, правду я сказал насчет своих бобов? Видишь, они и в самом деле волшебные!

И вот Джек с матерью стали жить на деньги, что были в мешке. Но в конце концов мешок опустел, и Джек решил еще разок попытать счастья на верхушке бобового стебля. В одно прекрасное утро встал он пораньше и полез на бобовый стебель и все лез, и лез, и лез, и лез, и лез, и лез, пока, наконец, не очутился на знакомой дороге и не добрался по ней до огромного-преогромного высоченного дома. Как и в прошлый раз, у порога стояла огромная-преогромная высоченная женщина.

— Доброе утро, сударыня, — сказал ей Джек как ни в чем не бывало. — Будьте так любезны, дайте мне, пожалуйста, чего-нибудь поесть!

— Уходи скорей отсюда, мальчуган! — ответила великанша. — Не то мой муж съест тебя за завтраком. Э, нет, постой-ка, — уж не тот ли ты мальчишка, что приходил сюда недавно? А знаешь, в тот самый день у мужа моего пропал мешок золота.

— Вот чудеса, сударыня! — говорит Джек. — Я, правда, мог бы кое-что рассказать насчет этого, но мне до того есть хочется, что пока я не съем хоть кусочка, ни слова не смогу вымолвить.

Тут великаншу разобрало такое любопытство, что она впустила Джека и дала ему поесть. А Джек нарочно стал жевать как можно медленней. Но вдруг — топ! топ! топ! — послышались шаги великана, и великанша опять упрятала Джека в печь.

Потом все было как в прошлый раз: людоед вошел, сказал: «Фи-фай-фо-фам...» и прочее, позавтракал тремя жареными быками, а затем приказал жене:

— Жена, принеси-ка мне курицу — ту, что несет золотые яйца!

Великанша принесла, а людоед сказал курице: «Несись!» — и та снесла золотое яйцо. Потом людоед начал клевать носом и захрапел так, что весь дом затрясся.

Тогда Джек потихоньку вылез из печи, схватил золотую курицу и вмиг улепетнул. Но тут курица закудахтала и разбудила людоеда. И как раз когда Джек выбегал из дома, послышался голос великана:

— Жена, эй, жена, не трогай моей золотой курочки!

А жена ему в ответ:

— Что это тебе почудилось, муженек?

Только это Джек и успел расслышать. Он со всех ног бросился к бобовому стеблю и прямо-таки слетел по нему вниз.

Вернулся Джек домой, показал матери чудо-курицу и крикнул:

— Несись!

И курица снесла золотое яичко. С тех пор всякий раз, как Джек говорил ей «несись!», курица несла по золотому яичку.

Так-то вот. Но Джеку этого показалось мало, и вскоре он опять решил попытать счастья на верхушке бобового стебля. В одно прекрасное утро встал он пораньше и полез на бобовый стебель и все лез, и лез, и лез, и лез, пока не добрался до самой верхушки. Правда, на этот раз он поостерегся сразу войти в людоедов дом, а подкрался к нему потихоньку и спрятался в кустах. Подождал, пока великанша пошла с ведром по воду, и — шмыг в дом! Залез в медный котел и ждет. Недолго он ждал; вдруг слышит знакомое «топ! топ! топ!» И вот входят в комнату людоед с женой.

— Фи-фай-фо-фам, дух британца чую там! — закричал людоед. — Чую, чую, жена!

— Да неужто чуешь, муженек? — говорит великанша. — Ну, если это тот сорванец, что украл твое золото и курицу с золотыми яйцами, он уж конечно в печке сидит!

И оба бросились к печи. Хорошо, что Джек не в ней спрятался!

— Вечно ты со своим «фи-фай-фо-фам!» — сказала людоедша. — Да это тем мальчишкой пахнет, какого ты вчера поймал. Я только что зажарила его тебе на завтрак. Ну и память у меня! Да и ты тоже хорош — за столько лет не научился отличать живой дух от мертвого!

Наконец людоед уселся за стол завтракать. Но он то и дело бормотал:

— Да-а, а все-таки могу поклясться, что... — и поднявшись из-за стола, обшаривал и кладовую, и сундуки, и поставцы... Все углы и закоулки обыскал, только в медный котел заглянуть не догадался.

Но вот позавтракал людоед и крикнул:

— Жена, жена, принеси-ка мне мою золотую арфу! Жена принесла арфу и поставила ее перед ним на стол.

— Пой! — приказал великан арфе.

И золотая арфа запела, да так хорошо, что заслушаешься! И все пела, и пела, пока людоед не заснул и не захрапел: а храпел он так громко, что чудилось, будто гром гремит.

Тут Джек и приподнял легонько крышку котла. Вылез из него тихо-тихо, как мышка, и дополз на четвереньках до самого стола. Вскарабкался на стол, схватил золотую арфу и бросился к двери.

Но арфа громко-прегромко позвала:

— Хозяин! Хозяин!

Людоед проснулся и увидел, как Джек убегает с его арфой.

Джек бежал сломя голову, а людоед за ним и, конечно, поймал бы его, да Джек первым кинулся к двери; к тому же ведь он хорошо знал дорогу. Вот прыгнул он на бобовый стебель, а людоед нагоняет. Но вдруг Джек куда-то пропал. Добежал людоед до конца дороги, видит Джек уже внизу — из последних силенок спешит. Побоялся великан ступить на шаткий стебель, остановился, стоит, а Джек еще пониже спустился. Но тут арфа опять позвала:

— Хозяин! Хозяин!

Великан ступил на бобовый стебель, и стебель затрясся под его тяжестью.

Вот Джек спускается все ниже и ниже, а людоед за ним. А как добрался Джек до крыши своего дома, закричал:

— Мама! Мама! Неси топор, неси топор! Мать выбежала с топором в руках, бросилась к бобовому стеблю, да так и застыла от ужаса: ведь наверху великан уже продырявил облака своими ножищами. Наконец Джек спрыгнул на землю, схватил топор и так рубанул по бобовому стеблю, что чуть пополам его не перерубил.

Людоед почувствовал, что стебель сильно качается, и остановился. «Что случилось?» — думает. Тут Джек как ударит топором еще раз — совсем перерубил бобовый стебель. Стебель закачался и рухнул, а людоед грохнулся на землю и свернул себе шею.

Джек показал матери золотую арфу, а потом они стали ее за деньги показывать, а еще золотые яйца продавать. А когда разбогатели, Джек женился на принцессе и зажил припеваючи.

Сказка про Джека и золотую табакерку

В доброе старое время, — а оно и правда было доброе время, хоть было оно не мое время и не ваше время, да и ничье время, — жили в дремучем лесу старик со старухой, и был у них один-единственный сын Джек. Жили они уединенно, и Джек никого не видел, кроме своих родителей, хоть и знал из книг, что на свете живут и другие люди. Книг у него было очень много, и он каждый день читал их, а когда читал про прекрасных принцесс, ему до смерти хотелось увидеть хоть одну. И вот раз, когда старик ушел рубить дрова, Джек сказал матери, что собирается покинуть родной дом — хочет пожить в чужих краях, чтобы себя показать и людей посмотреть: не все же ему с отцом-матерью сидеть!

— Что я здесь вижу? Только все деревья да деревья! — говорил Джек. — Будешь тут сиднем сидеть, того и гляди с ума сойдешь, так ничего и не повидав!

Отец его долго не возвращался, и бедная старуха сама принялась наставлять сына:

— Ну что ж, горемычный мой! Захотел свет повидать — значит лучше тебе уйти, и благослови тебя господь... — Старуха ведь сыну добра желала. — Но постой-ка, не спеши! Скажи, какую лепешку тебе испечь на дорогу, маленькую с моим благословением или большую с моим проклятьем?

— Ах, бог ты мой! — ответил сын. — Ну, конечно, большую — может, я в дороге проголодаюсь.

И мать испекла ему большую лепешку. А потом поднялась на чердак и, пока Джек не скрылся из виду, посылала ему вслед проклятия.

Вскоре юноша повстречался с отцом, и старик спросил его:

— Куда идешь, горемычный ты мой?

Джек сказал отцу то же, что и матери.

— Эх, — отозвался отец, — горько мне, что ты нас покидаешь, но раз уж ты решил уходить, значит лучше тебе уйти.

Однако не успел бедный малый отойти, как отец окликнул его. Вытащил старик из кармана золотую табакерку и сказал Джеку:

— На, возьми эту коробочку и положи в карман. Только смотри не открывай ее, пока не окажешься на волосок от смерти!

И вот пошел бедняга Джек своей дорогой и все шел и шел, пока из сил не выбился. Да и есть захотелось — лепешку-то он уже съел. К тому времени настала ночь, и он едва различал дорогу. Вдруг вдалеке затеплился огонек, и Джек зашагал в ту сторону. Подошел к какому-то дому, разыскал черный ход и постучался в дверь. Из дома вышла служанка и спросила, чего ему надо. Джек ответил, что на дворе ночь, а ему негде переночевать. Тогда служанка пригласила его в комнаты, усадила перед очагом и подала ему всякой еды: и жареного мяса, и хлеба, и пива.

А пока Джек сидел у огня и ужинал, в комнату вошла молодая леди, хозяйская дочь, чтобы посмотреть на него. Она тут же влюбилась в него, а он в нее. И вот молодая леди побежала к отцу и сказала, что в кухне у них сидит красивый юноша. Джентльмен тотчас вышел к Джеку, стал его расспрашивать и под конец спросил, что он умеет делать. А Джек по глупости возьми да и скажи:

— Все умею!

Он ведь думал, что речь идет о пустяковой работе по дому.

— Так! — сказал джентльмен. — Ну раз ты все умеешь, сделай вот что: завтра к восьми утра пусть разольется перед домом моим огромное озеро, а по озеру пусть поплывут военные корабли, самые большие, какие есть на свете; один корабль пусть даст королевский салют и последним выстрелом выбьет ножку у кровати, на которой спит моя младшая дочь. А если ты всего этого не сделаешь, прощайся с жизнью!

— Ладно! — ответил Джек и отправился спать. Прошептал молитву, заснул и проспал до восьми утра без малого, так что уж некогда было раздумывать — как теперь быть? Но вдруг он вспомнил про отцовскую табакерку и подумал: «Ну, теперь я и впрямь на волосок от смерти!»

Пошарил у себя в кармане и вытащил табакерку.

И только он открыл ее, как из нее выскочили три красных человечка и спросили:

— Что прикажешь?

— Вот что! — ответил Джек. — Сделайте так, чтобы перед этим домом разлилось огромное озеро, а по нему поплыли военные корабли, самые большие, какие есть на свете. Один корабль пусть даст королевский салют, да так, чтобы последним выстрелом выбить ножку у кровати, на которой спит молодая леди — хозяйская дочь.

— Не беспокойся, все сделаем! — сказали человечки. И не успел Джек отдать приказ человечкам, как пробило восемь и — бух! бух! — раздался залп с самого большого военного корабля. Джек вскочил с постели, бросился к окну и увидел такие чудеса, каких никогда не видывал, да и не мог видеть, пока жил с родителями в лесу.

Вот Джек оделся, помолился и вышел посмеиваясь, очень довольный, что все так хорошо получилось. А джентльмен подошел к нему и говорит:

— Ну, что ж, молодой человек, должен признать, что ты и в самом деле ловкий парень. Пойдем позавтракаем! Однако придется тебе сделать еще два дела. Сделаешь, тогда и женишься на моей дочери.

За завтраком Джек не сводил глаз с молодой леди, а она с него. После завтрака джентльмен приказал Джеку срубить все высокие деревья на многие мили вокруг и все это — к восьми часам следующего утра.

Не тратя лишних слов, скажем, что деревья были срублены, а джентльмен остался очень доволен и сказал Джеку:

— Теперь приказываю тебе сделать еще одно дело, и это уже будет последнее. Построй мне огромный замок на двенадцати золотых столбах. И к замку пусть явятся полки солдат и проведут ученье. А в восемь часов утра командир должен скомандовать: «На пле-е-чо!»

— Ладно! — ответил Джек.

И когда наступило третье утро, было сотворено третье, и последнее, великое чудо. И Джек женился на молодой леди. Но, боже мой, чего только ему не пришлось испытать потом!

Вскоре джентльмен устроил большую охоту. Он созвал со всей округи знатных гостей поохотиться и посмотреть новый замок. По этому случаю Джеку подарили отличную лошадь и красное охотничье платье.

Настал день охоты. Слуга принес утром новое платье Джека и стал убирать старое. Сунул руку в карман камзола и вытащил оттуда маленькую золотую табакерку. Джек позабыл ее там на свою беду! Слуга открыл табакерку, тут из нее выскочили три красных человечка и спросили:

— Что прикажешь?

— Вот что, — ответил слуга, — перенесите новый замок подальше отсюда, куда-нибудь за море!

— Хорошо, — молвили красные человечки. — И тебя вместе с ним?

— Конечно! — ответил слуга.

— Ну, держись! — сказали человечки и унесли его в замке далеко-далеко за широкое море.

Вернулись знатные гости с охоты, а замка на двенадцати золотых столбах как не бывало! И больше всех досадовали те, кому еще не удалось увидеть его. Бедняге Джеку пригрозили, что в наказанье за обман у него отнимут его молодую красавицу жену. Но в конце концов тесть сказал, что дает зятю двенадцать месяцев и один день на поиски пропавшего замка, и Джек тронулся в путь-дорогу на добром коне и с деньгами в кармане.

И вот стал бедняга Джек искать свой пропавший замок по горам и по долам, по равнинам и холмам, по дремучим лесам, по звериным тропам. Куда только не забредал — рассказать невозможно, да и не хочется!

Наконец добрался до тех мест, где жил король всех мышей на свете. У первых ворот, прямо против входа в королевский замок стоял на часах маленький мышонок. Он попытался было задержать Джека, но тот спросил:

— А где король? Мне надо его видеть!

Тогда мышонок позвал другого мышонка, и тот проводил Джека к королю. Мышиный король принялся расспрашивать гостя, и Джек рассказал всю правду: как он потерял свой прекрасный замок, и как отправился его искать, и что сроку ему дали ровно год и один день. Под конец Джек спросил мышиного короля, не знает ли тот, куда девался замок.

— Нет, — ответил король, — но я владыка всех мышей на свете. Завтра утром я их созову. Может, они и видели твой замок.

Потом Джека хорошенько накормили и уложили спать, а утром он вместе с королем вышел в поле. Король созвал мышей со всего света и спросил, не случалось ли им видеть большой красивый замок на золотых столбах. Но мыши ответили «нет» — ни одна не видела замка. Тогда старый король сказал Джеку, что есть у него два брата:

— Один из них — король всех лягушек, а другой, самый старший, — король всех птиц. Ступай к ним! Может, они что-нибудь знают о пропавшем замке. Коня своего пока оставь у меня, а себе возьми любого из моих лучших скакунов. Да передай моему брагу вот эту лепешку — тогда он узнает, от кого ты пришел. И не забудь сказать ему, что я здоров и очень хочу его видеть.

И мышиный король распрощался с Джеком.

Когда Джек выезжал из ворот, мышонок-страж сказал ему:

— Хочешь, я пойду с тобой?

— Не стоит, — ответил Джек, — как бы король не рассердился!

Но малыш стоял на своем:

— Лучше возьми меня с собой! Может, я тебе пригожусь.

— Ну, прыгай! — согласился Джек.

Мышонок побежал вверх по ноге коня, а конь так и взвился, но Джек подхватил мышонка и сунул его в карман.

И вот Джек тронулся в путь. Длинный это был путь, но спустя некоторое время Джек добрался до замка лягушечьего короля. Тут на часах стоял лягушонок с ружьем на плече. Он сначала не хотел было впускать Джека, но когда тот сказал, что желает видеть самого короля, пропустил его.

Вот Джек подошел к крыльцу. Вышел лягушечий король и спросил, чего ему надо, и Джек рассказал королю все с начала до конца.

— Ну, ну, заходи! — пригласил его король. Джека в тот вечер хорошо угостили, а утром лягушечий король квакнул как-то по-чудному, и на его клич сбежались лягушки со всего света. Король спросил их, не случалось ли им видеть замок на двенадцати золотых столбах но лягушки заквакали «Ква-ква, ква-ква» и ответили: «Нет!»

Пришлось Джеку взять другого коня и другую лепешку и отправиться к третьему брату — королю всех птиц на свете.

Когда Джек выезжал из ворот, лягушонок-часовой сказал ему:

— Возьми меня с собой!

Сначала Джек отказался, потом крикнул: «Прыгай!», подхватил лягушонка на лету и сунул его в другой карман. И вот он снова отправился в свой трудный и долгий путь.

На этот раз Джеку пришлось проехать втрое больше, но все-таки он добрался до замка птичьего короля. Тут на часах стояла прелестная птичка. Джек прошел мимо нее, и птичка ни слова ему не сказала. А потом он увидел птичьего короля и рассказал ему о пропавшем замке.

— Так, — молвил птичий король. — Завтра утром ты узнаешь, слыхали мои птицы про твой замок или нет!

Отвел Джек своего коня на конюшню, закусил и улегся спать. А когда утром встал, вышли они с королем в поле. Птичий король крикнул как-то по-чудному, и на его клич слетелись птицы со всего света.

Король спросил их:

— Видели вы красивый замок на золотых столбах? И все птицы ответили:

— Нет!

— Так! — молвил король. — А где наша самая большая птица?

Долго пришлось им дожидаться орла. Наконец за ним послали двух птичек. Они поднялись высоко-высоко, засвистели, призывая орла, и вот он прилетел, совсем запыхавшись. Король спросил орла, не видал ли он замка на золотых столбах, и орел ответил:

— Видел! Я как раз оттуда.

— Слушай, — сказал ему король, — этот молодой джентльмен потерял свой замок, так ты отнеси его туда. Но сначала подкрепись!

Зарезали теленка и лучшие куски подали орлу, чтобы он наелся досыта — путь-то предстоял долгий, через море, Да еще с Джеком на спине.

Наконец Джек увидел свой замок. Увидеть-то увидел, а вот как ему отыскать золотую табакерку, этого он не знал. Тогда мышонок сказал ему:

— Спусти меня на землю, и я принесу твою коробочку! И вот мышонок прошмыгнул в замок и схватил табакерку. Но пока он бежал вниз по лестнице, табакерка упала, и мышонка чуть не поймали. Ему едва удалось удрать.

— Принес? — спросил его Джек.

— Принес! — ответил мышонок.

Тут они пустились в обратный путь, и замок остался далеко позади.

Случилось так, что когда все они — Джек, мышонок, лягушонок и орел — пролетали над широким морем, они вдруг заспорили: кто же все-таки раздобыл табакерку? Мышонок, что вынес ее из замка? Орел, что доставил туда путников, или сам Джек? Ведь это он отыскал птичьего короля и получил от него орла. Они разглядывали золотую коробочку и столько раз передавали ее из рук в руки, что наконец выронили. И табакерка упала на дно морское.

— Ну, Джек, — сказал лягушонок. — Так я и знал, что тоже пригожусь. Пусти меня — я спрыгну в море!

Джек выпустил его, и лягушонок пробыл под водой ровно три дня и три ночи. Но вот он высунул из воды головку, и все кинулись его спрашивать:

— Достал? Достал? Но он ответил:

— Нет.

— Так зачем же ты всплыл?

— Хочу набрать побольше воздуха, — ответил лягушонок.

И он опять ушел под воду. В воде он пробыл еще один день и одну ночь и, наконец, достал табакерку.

Так прошло четыре дня и четыре ночи, и вот орел полетел дальше. Долго летел он над морями и горами, и наконец путники прибыли во дворец старого короля, владыки всех пернатых на свете. Птичий король очень обрадовался, ласково встретил гостей и долго беседовал с ними. Потом Джек открыл свою золотую табакерку и приказал человечкам вернуться обратно и принести ему замок.

— Летите во весь дух и возвращайтесь скорее! — сказал он.

Человечки умчались, но когда подлетели к замку, побоялись войти и ждали, пока хозяин с хозяйкой и их слуги не уйдут на бал. Когда же в замке не осталось никого, кроме поварихи да еще одной служанки, красные человечки спросили их, хотят они уехать или остаться. Обе ответили:

— Хотим ехать с вами!

Тогда человечки приказали им скорее бежать наверх, и только они поднялись в гостиную, как к воротам замка неожиданно подошли хозяева со слугами. Но они опоздали! Как ветер понесся замок. А повариха и служанка высунулись из окна и потешались над своими господами. Те знаками приказывали им остаться, но — куда там!

Всего они были в пути девять дней. И вот, когда настало воскресенье, решили отслужить обедню. Один человечек принялся служить за священника, другой за причетника, третий играл на органе, а женщины пели за певчих. В замке ведь была часовня — в ней они и служили. Но музыка звучала нестройно, и один человечек вскарабкался на органную трубу — посмотреть, отчего она фальшивит. Видит — маленький органист изо всех сил колотит ручками и ножками по басовым клавишам, а на голове у него торчит красный ночной колпачок. Женщины глядят на него и покатываются со смеху — такого они, в жизни не видывали! До того разошлись, что чуть не натворили беды: еще немножко, и замок потонул бы в море.

Но вот веселое путешествие кончилось, и они явились к Джеку и птичьему королю. Король прямо диву дался, когда увидел замок. Он поднялся по золотой лестнице, осмотрел все комнаты и долго еще любовался бы замком, да срок Джека — двенадцать месяцев и один день — подходил к концу. Бедному Джеку не терпелось вернуться домой к молодой жене, и он приказал своим трем человечкам трогаться в обратный путь завтра же в восемь утра.

Наутро Джек распрощался с птичьим королем, поблагодарил его за гостеприимство и снова тронулся в путь вместе со своим замком. Переночевал у лягушечьего короля и отправился к мышиному. Тут Джек оставил на его попечение замок, а сам сел на коня — того самого, что стоял на конюшне у мышиного короля, пока Джек странствовал по свету.

Так вот, оставил наш бедный Джек свой замок и поехал домой. Но он три ночи подряд веселился у трех братьев — королей, оттого и заснул в седле и наверняка заблудился бы, да человечки вывели его на дорогу.

Совсем измотался бедный Джек, из сил выбился, но все-таки приехал к тестю и теще. Они встретили его неласково, — ведь он вернулся без замка! А еще горше было Джеку оттого, что не увидел он своей молодой красавицы жены: не позволили ей родители выйти к нему навстречу. Тогда Джек недолго думая приказал человечкам перенести его к мышиному королю. Он поблагодарил короля за то, что тот сохранил его замок, и распрощался с ним, а человечкам приказал поднять замок и лететь во весь дух.

Вот они понеслись и быстро домчались обратно. И не успели спуститься на землю, глядь — навстречу Джеку бежит его молодая жена с премиленьким веселым сынком на руках! И с тех пор все они жили счастливо.

Сказка про Джека-победителя великанов

В царствование доброго короля Артура в графстве Корнуэлл, на мысу Лэндс-энд жил крестьянин и был у этого крестьянина единственный сын по имени Джек. Джек был ловкий парень с таким быстрым и живым умом, что никто и ни в чем не мог с ним потягаться.

В те дни на островке, именуемом Корнуэллская гора, обитал страшный великан — Корморен. Ростом он был в восемнадцать футов, в обхват целых три ярда, а лицом — страшилище. Был он так свиреп и грозен, что все окрестные города и села дрожали перед ним. Жил Корморен в пещере, в самом сердце горы, а когда ему хотелось есть, он брел по воде на большую землю и хватал все, что ни попадалось под руку. Завидев его, люди покидали свои дома и разбегались кто куда. Великан ловил их скот, — ему было нипочем тащить на спине полдюжины быков зараз, а овец и свиней он просто нанизывал себе на пояс, как связку сальных свечей. Многие годы он был грозой всего Корнуэлла и довел жителей до полного отчаяния.

Но вот в городской ратуше созвали совет, чтобы решить, как бороться с великаном, и туда зашел Джек. И Джек спросил:

— Какую награду получит тот, кто убьет Корморена?

— Все сокровища великана! — ответили Джеку.

— Тогда поручите это дело мне! — сказал он. Раздобыл себе рожок, кирку и заступ и, как только спустился темный зимний вечер, добрался до Корнуэллской горы и принялся за работу. Не успело настать утро, а он уже вырыл яму в двадцать два фута глубиной и футов двадцать в поперечнике, покрыл ее длинными ветками и соломой, а сверху присыпал землей, чтобы казалось, будто это просто ровное место. Уселся Джек на край ямы, подальше от жилища великана, и когда занялся день, приложил к губам свой рожок и заиграл веселый галоп. Великан проснулся и с криком выбежал из пещеры:

— Ах ты негодяй! Как посмел ты нарушить мой покой? Я этого не потерплю! Ну, ты мне дорого заплатишь! Поймаю тебя и целиком изжарю на завтрак!

Но не успел великан выкрикнуть эти угрозы, как рухнул в яму — тут даже Корнуэллская гора затряслась.

— Что, великан, попался? — крикнул ему Джек. — Теперь угодишь прямо в преисподнюю! Там достанется тебе за твои угрозы. А как насчет того, чтобы изжарить меня на завтрак? Может, лучше что другое скушаешь? Зачем тебе бедный Джек?

Поиздевавшись над великаном, Джек ударил его со всего размаху тяжелой киркой по макушке и убил наповал. Потом засыпал яму землей и отправился искать пещеру Корморена. Нашел пещеру, а в ней — груду сокровищ!

Городской магистрат узнал о подвиге Джека и объявил всем, что отныне Джека следует величать: Джек — победитель великанов

И пожаловал Джеку меч и пояс, на котором были золотом вышиты слова:

Сей корнуэллский отрок смел — 

Он Корморена одолел.

Весть о победе Джека вскоре разнеслась по всей Западной Англии, дошла до другого великана, Бландебора, и он поклялся отомстить Джеку при первой же встрече. Бландебор владел заколдованным замком, что стоял посреди дремучего леса.

И вот месяца четыре спустя Джек отправился в Уэльс и проходил по опушке этого леса. Он очень устал, присел отдохнуть возле веселого родника, да и заснул крепким сном. А пока он спал, к роднику пришел за водой сам Бландебор; увидел Джека, прочитал надпись на его поясе и сразу узнал, что это Джек — Победитель Великанов. Недолго думая великан взвалил Джека на плечи и потащил в свой замок.

Дорогой пришлось ему пробираться через чащу, и шум ветвей разбудил Джека. С ужасом и удивлением Джек понял, что попал в лапы великана; но самое страшное было впереди!

Когда Бландебор вошел в свой замок, Джек увидел что все вокруг усеяно человеческими костями. А великан к тому же сказал, что немного погодя тут будут валяться и Джековы косточки. Потом Бландебор запер бедного Джека в огромной комнате, а сам пошел за другим великаном — своим братом, который жил в том же лесу, — чтобы вместе с ним полакомиться юношей.

Джек подождал-подождал, потом подошел к окну и увидел вдали двух великанов: они шли к замку.

«Ну, — подумал Джек, — сейчас я либо умру, либо спасусь!»

Тут он заметил, что в углу комнаты лежат крепкие веревки. Вот Джек взял две веревки, завязал на конце каждой надежную петлю, и пока великаны отпирали железную дверь, накинул им петли на шею, а концы веревок перебросил через балку и что было силы потянул вниз. Великаны задохнулись. Джек отпустил веревки, выхватил свой меч и пронзил обоих братьев. Потом взял ключи Бландебора и отпер ими все комнаты. В комнатах он нашел трех прекрасных девушек; они были привязаны друг к другу за волосы и умирали с голоду.

— Прекрасные леди! — сказал им Джек. — Я умертвил чудовище и его жестокого брата. Вы свободны!

Тут Джек вручил девушкам все ключи и пошел своей дорогой в Уэльс.

Джек спешил и шагал очень быстро, но заблудился. Ночь застала его в дороге, а жилья поблизости не было. Наконец Джек забрел в какую-то ложбину и увидел большой дом. Собрался с духом и постучал в ворота. И тут, к его изумлению, из дома вышел громадный великан о двух головах.

Однако он казался не таким свирепым, как другие великаны. Ведь это был уэльский великан, и людям он причинял зло исподтишка, прикидываясь их другом. Джек попросился переночевать, и великан отвел его в спальню. А посреди ночи Джек услышал, как его хозяин бормочет в соседней комнате:

Хоть лег ты на мою кровать, 

С кровати той тебе не встать — 

По ней дубье пойдет плясать!

— Так вот что ты задумал! — прошептал Джек. — Узнаю твои уэльские штучки! Но я тебя перехитрю!

Тут Джек вскочил с кровати, положил на нее бревно, а сам спрятался в углу. Поздно ночью уэльский великан вошел в комнату и принялся молотить тяжелой дубиной по кровати. Он был уверен, что перемолол Джеку все кости, но Джек наутро вышел из своего угла и, усмехаясь, поблагодарил хозяина за ночлег.

— Хорошо ли отдохнул? — спросил его великан. — Может, тебя что-нибудь беспокоило ночью?

— Да нет! — ответил Джек. — Вот только крыса какая-то раза два задела меня хвостом.

Подивился великан. Потом повел Джека завтракать и поставил перед ним пудовую миску мучного пудинга. Джеку не хотелось признаться, что ему столько не съесть. Вот он сунул себе под куртку большой кожаный мешок и, пока ел, незаметно перекладывал туда пудинг, а после завтрака сказал великану, что сейчас покажет ему чудо. Взял нож и распорол мешок — пудинг-то весь и вывалился!

— Черт побери! — вскричал великан. — Такое чудо и мы можем тебе показать!

Схватил нож, вспорол себе брюхо и тут же упал мертвым.

В это самое время единственный сын короля Артура попросил у отца кучу денег — хотел он попытать счастья в Уэльсе, где жила красавица, одержимая семью злыми духами. Король всячески отговаривал сына, но тщетно. Наконец пришлось ему уступить, и принц тронулся в путь с двумя конями — на одном сам ехал, а на другом вьюк с деньгами вез.

Через несколько дней принц въехал в один уэльский город и увидел на площади большую толпу. Он спросил людей, зачем они собрались, и те ответили, что стерегут покойника, — не дают его хоронить, потому что он при жизни большие деньги им задолжал. Подивился принц жестокосердию заимодавцев и сказал:

— Ступайте похороните его, а заимодавцы пусть придут ко мне — я им все выплачу сполна.

Тут принца осадило столько людей, что к вечеру у него осталось всего два пенса.

В это время через город проходил Джек — Победитель Великанов. Щедрость принца пришлась ему по душе, и юноша попросился к нему на службу. Принц согласился взять Джека, и наутро они тронулись в путь вместе. Когда они выезжали из города, принца окликнула какая-то старуха. Она сказала:

— Вот уже семь лет, как покойник взял у меня в долг два пенса. Прошу вас, заплатите мне, как платили другим!

Принц сунул руку в карман, вытащил последние свои деньги и отдал их женщине. У Джека еще оставалось несколько монет, но путники в тот же день истратили их на обед и оба оказались без гроша.

Перед самым заходом солнца королевский сын сказал:

— Где же нам ночевать, Джек? Ведь денег-то у нас нет.

На это Джек ответил:

— Ночлег найдется, господин мой! В двух милях отсюда живет мой дядя — огромный, страшный великан о трех головах. Ему нипочем сразиться с пятьюстами воинами в доспехах и разогнать их, как мух!

— Ну, — сказал принц, — тогда нам у него делать нечего! Великан проглотит нас одним махом. Да что там! Ведь мы с тобой в дупле его гнилого зуба уместимся!

— Пустяки! — возразил Джек. — Я пойду вперед и подготовлю тебе встречу. Оставайся здесь и жди, пока я не вернусь!

И Джек во весь опор поскакал дальше. Подъехал к воротам замка и застучал так громко, что стук его отдался эхом от всех окрестных холмов. А великан загремел в ответ громовым голосом:

— Кто там? Джек молвил:

— Это я, твой бедный племянник Джек. Великан спросил:

— Какие вести принес мой бедный племянник Джек?

— Видит бог, плохие, дорогой дядюшка! — ответил Джек.

— Но-но! — сказал великан. — Разве можно приносить мне плохие вести? Ведь я — Трехголовый великан. Я, как ты знаешь, выхожу сражаться против пятисот воинов в доспехах, и они разлетаются от меня во все стороны, как солома по ветру.

— Да, но сюда идет королевский сын с целой тысячей вооруженных воинов! — сказал Джек. — Они хотят убить тебя и уничтожить все твое имущество!

— Вот как, племянник Джек! — молвил великан. — Ну, это и впрямь плохие вести! Я побегу спрячусь, а ты запри меня на замок, на засов и на задвижку да держи ключи при себе, пока принц не уберется отсюда.

Джек запер великана и поехал за принцем. В замке путники веселились всласть, а бедняга великан лежал и трясся в подземелье.

Наутро Джек спозаранку запасся золотом и серебром для своего господина и посоветовал ему уехать на три мили вперед — ведь за три мили великан не мог чуять принца. Потом Джек вернулся и выпустил дядюшку из подземелья.

— Чем тебя наградить за то, что ты спас мой замок от разгрома? — спросил великан.

— Да что там! — ответил Джек. — Ничего мне не надо. Вот разве отдай мне свою поношенную куртку, шапку да еще старый ржавый меч и ночные туфли, что валяются у тебя под кроватью.

— Ты не знаешь чего просишь! — сказал великан. — Ведь это мои самые драгоценные сокровища. Стоит тебе надеть куртку, и ты станешь невидимкой. Шапка расскажет тебе обо всем, что ты захочешь узнать. Меч изрубит на куски все, что ты им ударишь. А туфли во мгновение ока унесут тебя куда пожелаешь. Но уж так и быть! Ты мне хорошо послужил. Дарю тебе от чистого сердца все, что просишь!

Джек поблагодарил дядюшку, забрал подарки и ушел. Он быстро нагнал своего господина, и вскоре они подъехали к дому красавицы, которую искал принц. А она узнала, что принц явился просить ее руки, и угостила его на славу. После пиршества прекрасная леди объявила принцу, что хочет задать ему задачу. Она вытерла платком губы и сказала:

— Завтра утром вы должны показать мне этот самый платок. Иначе не сносить вам головы!

И она спрятала платок у себя на груди. Принц лег спать в большой тревоге. Но всеведущая шапка Джека рассказала им, как достать платок.

В полночь красавица вызвала своего приятеля-духа и велела ему отнести ее к Люциферу. А Джек надел куртку-невидимку и туфли-скороходы и примчался к сатане вслед за красавицей. Она вошла в сатанинскую обитель и сразу же отдала свой платок Люциферу, а тот положил его на полку. Джек немедля схватил платок и принес его своему господину. А утром принц показал платок прекрасной леди и тем спас свою жизнь.

В тот день леди поцеловала принца и сказала, что наутро он должен показать ей губы, которые она целовала прошлой ночью. Иначе не сносить ему головы!

— Хорошо, покажу! — ответил принц. — Только обещайте никого больше не целовать, кроме меня!

— Как бы там ни было, — молвила красавица, — если вы не выполните моего приказа, вас ждет смерть.

В полночь она снова отправилась к Люциферу и побранила его за то, что он не уберег ее платка.

— Ну, на этот раз, — сказала красавица, — я не дам пощады принцу! Вот поцелую тебя, а он пусть-ка покажет мне твои губы!

И поцеловала сатану. Но только она отошла, как Джек отрубил Люциферу голову, спрятал ее под курткой-невидимкой и отнес своему господину.

Утром принц поднял голову сатаны за рога и показал ее красавице. И сразу наваждение рассеялось; злой дух покинул прекрасную леди, и она предстала перед юношей во всей своей красе.

На другой день они обвенчались и вскоре уехали ко двору короля Артура. Там Джек за все свои великие подвиги был посвящен в рыцари Круглого стола.

Спустя некоторое время Джек снова отправился на поиски великанов. Не успел он далеко отъехать, как увидел пещеру. У входа в нее на деревянном чурбане сидел великан с узловатой чугунной палицей на боку. Вытаращенные глаза великана горели огнем, уродливое лицо его было свирепо, щеки походили на свиные окорока, а борода топорщилась словно железные прутья. Волосы падали на его могучие плечи как извивающиеся змеи, как шипящие гадюки.

Джек соскочил с коня, накинул куртку-невидимку и пошел к великану, бормоча про себя:

— Ага, вот ты где! Ну, ты и глазом не моргнешь, как я схвачу тебя за бороду!

Великан не видел Джека, — ведь тот был в куртке-невидимке. И вот Джек подкрался к чудовищу и ударил его мечом по голове, но промахнулся и вместо головы отрубил ему нос. Великан взревел, будто гром загремел, и в бешенстве принялся размахивать чугунной палицей. Но Джек забежал сзади и вогнал ему свой меч в спину по самую рукоятку. Великан мертвый повалился на землю. Тут Джек отрубил ему голову и отослал ее вместе с головой другого великана — его брата — королю Артуру. Пришлось ему нанять возчика и взвалить головы на повозку.

Потом Джек решил зайти в пещеру великана, поискать там его сокровища. Долго он шагал по длинным ходам и переходам и, наконец, добрался до большой комнаты, мощеной нетесанным камнем. В глубине этой комнаты стоял кипящий котел, а справа от него громадный стол, — за этим столом великан всегда обедал. В соседнюю комнату выходило окно с железной решеткой. Джек заглянул в него и увидел огромную толпу несчастных пленников. Они заметили Джека и закричали:

— Ох, юноша, неужто и тебе придется погибать вместе с нами в этой страшной берлоге?

— Да, — ответил Джек. — Но скажите, почему вы под замком?

— Нас держат тут, пока великанам не захочется есть, — ответил один пленник, — а тогда самого толстого из нас режут. Кроме нас, великаны едят других убитых ими людей!

— Хорошо, нечего сказать! — отозвался Джек.

Он тут же отпер ворота и выпустил всех пленников на свободу. Они обрадовались, как радуются смертники, когда получат помилование.

Потом Джек обыскал сундуки великанов, поровну разделил золото и серебро между пленниками и, наконец, проводил их в соседний замок, где они пировали и веселились, празднуя свое освобождение.

Но вдруг, в самый разгар веселья, гонец принес весть, что двухголовый великан Тандерделл услышал о смерти своих родичей и прибыл из северных долин, чтобы отомстить Джеку; он сейчас уже всего в одной миле от замка, и все окрестные жители бегут от него кто куда. Но Джек ничуть не испугался.

— Попробуй он сюда сунуться, я ему все зубы пересчитаю! А вас, господа, прошу выйти в сад и посмотреть, как будет убит великан Тандерделл!

Замок стоял на островке, окруженном рвом глубиной в тридцать футов и шириной в двадцать. Ров был залит водой, и переходили через него по разводному мосту.

И вот Джек нанял людей, чтобы те обрубили мост с боков почти до самой середины. Потом надел куртку-невидимку и выступил против великана с острым мечом в руках. Великан не видел Джека, но учуял его по запаху и закричал:

Фи-фай-фо-фам! 

Дух британца чую там! 

Мертвый он или живой, — 

Попадет на завтрак мой!

— Ах, вот как! — молвил Джек. — Ну и обжора же ты!

А великан снова закричал:

— Так это ты, негодяй, погубил моих родичей?! Вот я сейчас растерзаю тебя зубами, высосу из тебя кровь, а кости твои сотру в порошок!

— Сначала поймай меня! — ответил Джек и сбросил свою куртку-невидимку, чтобы великан его увидел.

Потом надел туфли-скороходы и побежал прочь. А великан погнался за ним, и чудилось, будто это какой-то замок сдвинулся с места и сама земля трясется под каждым его шагом.

Джек долго заставлял великана гоняться за ним — хотелось ему позабавить дам и кавалеров. Потом решил, что пора кончать игру, и легко взбежал на мост. Великан во весь дух мчался за ним с дубиной в руках. Но не успел он добраться до середины, как мост провалился под тяжелым грузом, и великан рухнул вниз головой прямо в воду и стал ворочаться и барахтаться в ней, словно кит. А Джек стоял возле рва и потешался над ним. Но как ни злился великан, слыша насмешки Джека, как ни метался в воде, не удалось ему выбраться из рва, чтобы рассчитаться с врагом.

Наконец Джек схватил вожжи, накинул их великану на головы и с помощью упряжки лошадей вытащил его на берег, потом отрубил своим острым мечом обе головы и отослал их королю Артуру.

Некоторое время Джек провел в празднествах и развлечениях, а потом опять покинул прекрасных дам и рыцарей и отправился на поиски приключений. Через многие леса пробирался Джек, пока, наконец, не подошел к подножию высокой горы. И там, уже поздней ночью, увидел одинокий дом. Он постучал в дверь, и ему открыл старик, с волосами белыми как снег.

— Отец, — сказал ему Джек, — пусти переночевать! Я заблудился, и ночь застала меня в дороге.

— Входи, входи! — ответил старик. — Добро пожаловать в мою убогую хижину.

Джек вошел, они уселись рядом, и старик повел такую речь:

— Сын мой, я вижу по надписи на твоем поясе, что ты великий Победитель Великанов. Так слушай же, сын мой! На вершине этой горы стоит заколдованный замок. Им владеет великан Галлигантюа. С помощью одного старого колдуна великан заманивает к себе рыцарей и дам и волшебными чарами превращает их в разных тварей. Но особенно меня печалит судьба дочери герцога. Они схватили ее в отцовском саду и унесли по воздуху в горящей колеснице, запряженной огнедышащими драконами. В замке ее заперли и превратили в белую лань. Многие рыцари пытались рассеять волшебные чары и освободить девушку, да никому это не удалось — у ворот замка сидят два страшных грифона, и они уничтожают каждого, кто подойдет близко. Но ты, сын мой, пройдешь мимо них невидимо. А на воротах замка ты увидишь высеченную крупными буквами надпись. Она подскажет тебе, как рассеять колдовство.

Джек поблагодарил старика и обещал, что утром попытается освободить дочь герцога, хотя бы ему это стоило жизни.

Наутро Джек поднялся, надел куртку-невидимку, волшебную шапку, туфли-скороходы и приготовился к битве.

Едва он поднялся на вершину горы, как тотчас увидел огнедышащих грифонов. Но он без страха прошел мимо них — ведь он был в куртке-невидимке. На воротах замка на серебряной цепи висела золотая труба, а под ней были высечены слова:

Кто в золоту трубу подует, 

Тот страшный замок расколдует;

Свирепый великан умрет, 

И к людям счастье вновь придет.

Как только Джек прочел эти строки, он задул в трубу, и огромный замок затрясся до самого основания, а великана и колдуна охватило великое смятение. Они принялись кусать локти и рвать на себе волосы, чуя, что скоро придет конец их злой власти!

Вдруг великан нагнулся за своей палицей, но тут Джек одним ударом снес ему голову, а колдун поднялся в воздух, и вихрь унес его прочь.

Злые чары рассеялись. Все, что были превращены в птиц и зверей, снова стали людьми, а замок исчез в клубах дыма.

Джек, как всегда, отправил голову великана Галлигантюа ко двору короля Артура, а на другой день и сам отправился туда вместе с рыцарями и дамами, которых освободил.

В награду за верную службу король уговорил герцога отдать дочь за честного Джека.

Они обвенчались, и все королевство веселилось на их свадьбе. А потом король подарил Джеку великолепный замок с богатыми угодьями, и Джек прожил там с женой остаток дней своих в любви и согласии.

Сказка про Джека-лентяя

Жил-был на свете парень. Звали его Джек, и жил он со старухой матерью на пустыре. Старуха пряла пряжу на людей, но от этого ведь не разбогатеешь, а Джек был лентяй, каких мало. Ничего-то он не делал, ровнешенько ничего, только грелся на солнышке — это в летнюю жару, а зимой отсиживался в углу у очага.

Потому все и прозвали его Джек-лентяй. Мать никак не могла заставить Джека хоть немножко помогать ей, и как-то раз, в понедельник, сказала ему:

— Не будешь сам зарабатывать себе на пропитание, выгоню тебя из дому — живи как знаешь!

Эти слова проняли Джека. Наутро, во вторник, пошел он и нанялся за пенни в день к фермеру, что жил по соседству. Проработал день, получил пенни и пошел домой, но когда переходил через ручей, потерял монету. Ведь он ни разу в жизни денег в руках не держал.

— Ах, ты дурачина! — сказала ему мать. — Да ты бы монету в карман положил!

— В другой раз я так и сделаю, — ответил Джек. В среду Джек опять ушел и нанялся к пастуху. Проработал день, и за это пастух дал ему кувшин молока. Засунул Джек кувшин в глубокий карман своей куртки, но не прошел и половины дороги, как молоко все расплескалось.

— О господи! — ахнула мать. — Что бы тебе кувшин на голове нести.

— В другой раз я так и сделаю, — ответил Джек. И вот в четверг Джек опять нанялся к фермеру — за кусок сливочного сыра в день. Вечером Джек положил сыр себе на голову и отправился домой. Но до дому он опять ничего не донес: мягкий сыр весь расползся и прилип к его волосам.

— Ну и дурень! — сказала мать. — Надо было осторожненько нести его в руках.

— В другой раз я так и сделаю, — ответил Джек.

В пятницу Джек нанялся к булочнику, и тот дал ему за работу большого кота. Джек взял кота и осторожненько понес его в руках, но кот все руки ему исцарапал, так что пришлось его выпустить. И Джек опять вернулся домой ни с чем.

— Что ты за олух! — сказала мать. — Надо было коту веревку вокруг шеи завязать да на поводке его вести!

— В другой раз я так и сделаю, — ответил Джек. И вот в субботу Джек нанялся к мяснику, и тот щедро наградил его — целую баранью ногу отвалил. Обвязал Джек баранью ногу веревкой и поволок ее за собой по грязи. Можете себе представить, какое кушанье получилось бы из такой баранины!

На этот раз Джекова мать из себя вышла. Ведь на воскресный обед у нее, кроме капусты, ничего не было.

— Ах ты дубина! — сказала она Джеку, — Надо было ее на плече нести!

— В другой раз я так и сделаю, — ответил Джек. В понедельник Джек-лентяй опять вышел из дома и нанялся к торговцу скотом. Тот дал ему за работу осла. Трудненько было взвалить осла на плечи, но Джек понатужился и взвалил.

И вот побрел он со своей наградой к дому, — плелся, еле ноги передвигал. Вскоре пришлось ему идти мимо дома одного богача. У богача этого была единственная дочка, прехорошенькая, но глухая и немая, да к тому же несмеяна — ни разу в жизни не рассмеялась. А лекари сказали ее отцу, что она до тех пор не заговорит, пока ее кто-нибудь не рассмешит. И вот в то самое время, когда Джек с ослом на плечах проходил мимо, девушка выглянула в окошко. Видит, тащится детина с ослом на плечах, и покатилась со смеху. А как рассмеялась — сразу заговорила и стала слышать.

Богач до того обрадовался, что на радостях выдал дочку за Джека. Вот Джек-лентяй и разбогател. Поселился с женой в большом доме и взял к себе мать. И жила с ними старуха до конца дней своих, не зная ни нужды, ни горя.

Сказка о Джонни-пончике

Жили-были на свете старик со старухой, и был у них маленький сынок. Как-то утром замесила старуха тесто, скатала пончик и посадила его в печку, чтобы он испекся.

— Смотри за Джонни-пончиком, пока мы с отцом будем на огороде работать, — сказала она мальчику.

И родители ушли окучивать картошку, а сынишку оставили смотреть за печкой. Но ему это вскоре надоело. Вдруг слышит он какой-то шум, взглянул на печку и видит — дверца печки сама собой открывается и выскакивает оттуда Джонни-пончик.

Как покатится Джонни-пончик прямо к открытой двери! Мальчик бросился закрывать ее, но Джонни-пончик оказался проворнее — выкатился за дверь, перекатился через порог, скатился со ступенек и покатился по дороге. Со всех ног погнался за ним мальчик, клича родителей. Те услышали крик, бросили свои мотыги и тоже пустились в погоню. Но Джонни-пончик уже был далеко и вскоре скрылся из виду. А старик со старухой и мальчик так запыхались, что уселись на скамью дух перевести.

Вот покатился Джонни-пончик дальше и вскоре прикатился к двум рабочим, что рыли колодец. Они перестали работать и спрашивают:

— Куда спешишь, Джонни-пончик? А Джонни-пончик им в ответ:

— Я от деда убежал, я от бабки убежал, от мальчонки убежал, и от вас я убегу!

— От нас? Ну, это мы еще посмотрим! — сказали рабочие.

Бросили кирки и погнались за Джонни-пончиком. Но куда там! Разве его догонишь? Пришлось рабочим сесть у дороги передохнуть.

А Джонни-пончик покатился дальше и вскоре прикатился к двум землекопам, что рыли канаву.

— Куда спешишь, Джонни-пончик? — спросили они. А Джонни-пончик им:

— Я от деда убежал, я от бабки убежал, от мальчонки убежал, от двух рабочих убежал, от вас тоже убегу!

— От нас? Ну, это мы еще посмотрим! — сказали землекопы.

Бросили заступы и тоже погнались за Джонни-пончиком. Но Джонни-пончик бежал быстрее. Увидели землекопы — не поймать им Джонни-пончика, перестали за ним гнаться и присели отдохнуть.

А Джонни-пончик покатился дальше и вскоре прикатился к медведю.

— Куда спешишь, Джонни-пончик? — спросил медведь.

А Джонни-пончик в ответ:

— Я от деда убежал, я от бабки убежал, от мальчонки убежал, от двух рабочих убежал, от землекопов убежал, и от тебя я убегу!

— От меня? — проворчал медведь. — Ну, это мы еще посмотрим!

И медведь со всех ног пустился в погоню за Джонни-пончиком. А тот бежал без оглядки, и вскоре медведь так отстал, что и сам увидел — не угнаться ему за беглецом. Ну он и растянулся у дороги, передохнуть захотел.

А Джонни-пончик покатился дальше и вскоре прикатился к волку.

— Куда спешишь, Джонни-пончик? — спросил волк. А Джонни ему свое:

— Я от деда убежал, я от бабки убежал, от мальчонки убежал, от двух рабочих убежал, от землекопов убежал, от медведя убежал, и от тебя я убегу-у-у!

— От меня! — огрызнулся волк. — Ну, это мы еще посмотрим!

И волк пустился вскачь за Джонни-пончиком. Но тот катился все быстрей и быстрей, так что волк тоже отчаялся догнать его и улегся отдохнуть.

А Джонни-пончик покатился дальше и вскоре прикатился к лисе, что тихонько лежала в углу ограды.

— Куда спешишь, Джонни-пончик? — спросила лиса ласковым голосом.

А Джонни-пончик опять:

— Я от деда убежал, я от бабки убежал, от мальчонки убежал, от двух рабочих убежал, от землекопов убежал от медведя убежал и от волка убежал. От тебя, лиса я тоже убегу-у-у!

Тут лиса наклонила голову набок и говорит:

— Что-то я тебя плохо слышу, Джонни-пончик. Подойди-ка поближе!

Джонни-пончик подкатился к лисе и громко повторил:

— Я от деда убежал, я от бабки убежал, от мальчонки убежал, от двух рабочих убежал, от землекопов убежал, от медведя убежал и от волка убежал. От тебя, лиса, я тоже убегу-у-у!

— Никак не расслышу. Подойди еще чуточку ближе! — попросила лиса слабым голосом. А сама вытянула в сторону Джонни-пончика шею и приложила лапу к уху.

Джонни-пончик подкатился еще ближе, наклонился к самому уху лисы и прокричал что было силы:

— Я от деда убежал, я от бабки убежал, от мальчонки убежал, от двух рабочих убежал, от землекопов убежал, от медведя убежал и от волка убежал. От тебя, лиса, я тоже убегу-у-у!

— От меня? Ну нет! — тявкнула лиса и мигом схватила Джонни-пончика своими острыми зубами.

Сказка о домовом из Хилтона

Давным-давно жил в Хилтон-Холле один брауни, то есть домовой, - самый проказливый из всех домовых на свете. По ночам, когда слуги расходились спать, он все переворачивал вверх дном. Сахар насыпал в солонки, в пиво бросал перец, опрокидывал стулья, столы ставил ножками вверх, выгребал горячие угли из каминов - словом, пакостил, как мог. Но порой он приходил в хорошее расположение духа, и вот тут-то!..

— Постойте, а кто это — домовой? — спросите вы.

Домовой, он вроде нечистого духа, только не такой коварный, как черт... Да неужто вы не знаете, что такое "нечистый дух" и "черт"? О господи! Чего только не творится на белом свете! Так знайте же, домовой — это смешное крохотное существо, получеловек, полуэльф, весь волосатый и с острыми ушками.

На чем же я остановился? Ах да, я начал рассказывать, как домовой из Хилтон-Холла вытворял бог знает что. Но если служанки оставляли ему миску сливок или медовую лепешку, домовой в благодарность убирал за них со стола и приводил в порядок всю кухню.

Вот как-то поздно ночью служанки долго не ложились спать и вдруг услышали шум в кухне. Заглянули туда, видят — домовой раскачивается на цепочке вертела и приговаривает:

О, горе мне! горе! 

Не упал с ветки желудь, 

Что станет дубочком, 

Что пойдет на люльку, 

Где заснет ребенок, 

Что станет мужчиной, 

Что меня уволит! 

О, горе мне! горе!

Служанки сжалились над беднягой и спросили птичницу, как им "уволить" брауни, то есть сделать так, чтобы он смог уйти из этого дома.

— Проще простого, — ответила птичница. — Подарите домовому за труды что-нибудь добротное, прочное, и он тут же исчезнет.

Вот сшили служанки из лучшего зеленого сукна плащ с капюшоном и положили его у камина, а сами стали ждать, что будет. И вдруг смотрят: подошел домовой к камину, увидел плащ с капюшоном, надел его на себя, да как примется скакать по комнате на одной ножке. Сам скачет, сам приговаривает:

Плащ с капюшоном я беру, 

И он отныне будет мой. 

Теперь не станет помогать вам

Хилтонский домовой!

Сказал это домовой и пропал. И больше его никогда не видели.

Сказка о дочери графа Мара

В один прекрасный летний день дочь графа Мара выбежала, приплясывая, из замка в сад. Там она бегала, резвилась, а порой останавливалась послушать пение птиц. Но вот она присела в тени зеленого дуба, подняла глаза и увидела высоко на ветке веселого голубка.

— Гуленька-голубок, — позвала она, — спустись ко мне, милый! Я унесу тебя домой, посажу в золотую клетку и буду любить и лелеять больше всех на свете!

Не успела она это сказать, как голубь слетел с ветки, сел ей на плечо и прильнул к ее шее. Она пригладила ему перышки и унесла его домой в свою комнату.

День угас, и настала ночь. Дочь графа Мара уже собиралась лечь спать, как вдруг обернулась и увидела перед собой прекрасного юношу. Она очень удивилась — ведь дверь свою она уже давно заперла. Но она была смелая девушка и спросила:

— Что тебе здесь надо, юноша? Зачем ты пришел и напугал меня? Вот уже несколько часов как дверь моя на засове; так как же ты сюда проник?

— Тише, тише! — зашептал юноша. — Я тот самый гуленька-голубок, которого ты сманила с дерева.

— Так, кто же ты тогда? — спросила она совсем тихо. — И как случилось, что ты превратился в милую, маленькую птичку?

— Меня зовут Флорентин, — ответил юноша. — Мать у меня королева, и даже поважней, чем королева, — она умеет колдовать. Я не хотел ей подчиняться, вот она и превратила меня в голубя. Однако ночью чары ее рассеиваются, и тогда я опять обращаюсь в человека. Сегодня я перелетел через море, впервые увидел тебя и обрадовался, что я — птица, а потому могу к тебе приблизиться. Но если ты меня не полюбишь, я никогда больше не узнаю счастья!

— А если я полюблю тебя, ты не улетишь, не оставишь меня? — спросила она.

— Никогда, никогда! — ответил принц. — Выходи за меня замуж, и я буду твоим навеки. Днем птицей, а ночью человеком — я всегда буду с тобой.

И вот они тайно обвенчались и счастливо зажили в замке. И никто не ведал, что гуля-голубок ночью превращается в принца Флорентина. Каждый год у них рождалось по сыну, да такому красивому, что и описать невозможно. Но как только мальчик появлялся на свет, принц Флорентин уносил его на спине за море — туда, где жила его мать, королева, — и оставлял сына у нее.

Так пролетело семь лет, и вдруг пришла к ним великая беда. Граф Map решил выдать дочь замуж за знатного человека, который к ней посватался. Отец принуждал ее согласиться, но она сказала ему:

— Милый отец, я не хочу выходить замуж. Мне так хорошо здесь с моим гуленькой-голубком.

Тогда граф разгневался и в сердцах поклялся:

— Клянусь жизнью, я завтра же сверну шею твоей птице!

Топнул ногой и вышел из комнаты.

— О боже, придется мне улететь! — сказал голубь. И вот он вспорхнул на подоконник и улетел. И все летел и летел — перелетел через глубокое-преглубокое море, полетел дальше и летел, пока не показался замок его матери. А в это самое время королева-мать вышла в сад и увидела голубя — он пролетел над ее головой и опустился на крепостную стену замка.

— Скорей сюда, плясуны! — позвала королева. — Пляшите джигу! А вы, волынщики, веселей играйте на волынках. Мой милый Флорентин вернулся! Вернулся ко мне навсегда, — ведь на сей раз он не принес с собой хорошенького мальчика.

— Ах, нет, матушка, — сказал Флорентин, — не надо мне плясунов, не надо волынщиков! Милую мою жену, мать моих семерых сыновей завтра выдадут замуж, и день этот будет для меня днем скорби.

— Чем я могу помочь тебе, сын мой? — спросила королева. — Скажи, и я все сделаю, что в моих волшебных силах.

— Так вот, дорогая матушка: тебе служат двадцать четыре плясуна и волынщика — обрати всех их в серых цапель. Семеро сыновей моих пусть станут семью белыми лебедями, а сам я превращусь в ястреба и буду их вожаком.

— Увы, увы, сын мой! Это невозможно! — возразила королева. — Не под силу это моим чарам. Но, быть может, моя наставница, волшебница Остри, скажет, что надо делать.

И королева-мать поспешила к пещере Остри. Вскоре она вышла оттуда, бледная как смерть, с пучком пылающих трав в руках. Она прошептала над травами какие-то заклинания, и вдруг голубь обратился в ястреба, его окружили двадцать четыре серых цапли, а над ними взвилось семь молодых лебедей.

И все они не медля полетели через глубокое синее море. Море так и металось, так и стонало под ними. Но они все летели и летели и наконец подлетели к замку графа Мара, как раз когда свадебный поезд двинулся в церковь. Впереди ехали вооруженные всадники, за ними друзья жениха и вассалы графа Мара, потом жених, а позади всех бледная и прекрасная дочь графа Мара.

Медленно-медленно под звуки торжественной музыки двигались они, пока не приблизились к деревьям, на которых сидели птицы. И тут Флорентин-ястреб издал крик, и все птицы поднялись в воздух — цапли летели низко, молодые лебеди над ними, а ястреб кружил выше всех. Свадебные гости дивились на птиц, как вдруг — хлоп! — цапли ринулись вниз и рассеяли всадников. Молодые лебеди окружили невесту, а ястреб кинулся на жениха и привязал его к дереву. Тогда цапли опять слетелись в тесную стаю, и лебеди уложили им на спину свою мать, как на пуховую перину. Потом птицы взвились в небо и понесли невесту к замку принца Флорентина.

Вот как птицы расстроили свадьбу! Такого чуда еще никто не видывал. А свадебные гости? Им только и оставалось, что глядеть, как прекрасную невесту уносят все дальше и дальше, пока наконец и цапли, и лебеди, и ястреб не скрылись из виду.

Принц Флорентин в тот же самый день доставил дочь графа Мара в замок своей матери, королевы, а та сняла с сына заклятие, и все они зажили счастливо.

Сказка об источнике на краю света

В доброе старое время, — а оно и в самом деле было доброе время, хотя было то не мое время и не ваше время, да и ничье время — жила на свете девушка. Мать у нее умерла, и отец женился на другой. Мачеха возненавидела падчерицу за то, что девушка была красивей, чем она, держала ее в черном теле, заставляла выполнять всю черную работу по дому и ни на миг не оставляла в покое. Наконец она решила и совсем от нее избавиться. Подала девушке решето и сказала:

— Ступай, набери в это решето воды из источника, что на краю света. Да принеси решето полнехоньким, а не то плохо тебе придется!

Мачеха думала, что девушке ни за что не найти источника на краю света, а если и найдет, так разве донесет она воду в решете?

И вот девушка отправилась в путь и каждого встречного спрашивала, где тот источник, что на краю света? Но никто этого не знал, и она все думала да гадала, как ей быть.

Наконец какая-то диковинная старушка, что плелась согнувшись в три погибели, показала ей дорогу на край света и объяснила, как туда добраться.

Девушка послушалась старушки и дошла-таки до источника на краю света. Но только она зачерпнула решетом студеной-престуденой воды, как вся вода вытекла. Девушка опять набрала воды в решето, и еще много раз набирала, но вода всякий раз выливалась, так что под конец бедняжка села на землю и залилась горючими слезами.

И вдруг она услышала кваканье. Подняла голову и увидела большую лягушку. Лягушка уставилась на девушку, выпучив глаза, и спросила:

— Что случилось, милая?

— Ах, я бедная, бедная! — сказала девушка. — Мачеха заслала меня в этакую даль и велела набрать в решето воды из источника на краю света, а я не могу.

— Вот что, — сказала лягушка, — обещай исполнять все мои приказания целую ночь — с вечера и до утра, и я научу тебя, как набрать воды в решето.

Девушка согласилась, и лягушка сказала:

Глиной обмажь его, выложи мхом, 

И принесешь в нем воду в свой дом.

А потом — прыг-скок — ускакала и плюхнулась прямо в источник на краю света.

Девушка нарвала мха, выстлала им дно решета, обмазала все решето глиной и опустила его в источник на краю света. На этот раз вода не убежала из решета, и девушка хотела уж идти домой, как вдруг лягушка высунула голову из источника на краю света и проквакала:

— Так помни, что обещала!

— Хорошо, — ответила девушка.

А сама подумала: "Что плохого может мне сделать какая-то лягушка!"

Вот вернулась она к мачехе с решетом полным воды из источника на краю света. Мачеха чуть не лопнула от злости, но ни слова не сказала.

В тот же вечер девушка услышала тихий стук в дверь у самого пола — тук-тук-тук и чей-то голос:

Дверь мне открой, о прелесть моя, Дверь мне открой, дорогая! Вспомни, дружочек, что говорили мы На краю света, возле источника!

— Что это значит?! — вскричала мачеха, и девушке пришлось рассказать ей обо всем, что с ней было, и о том, какое обещание она дала лягушке.

— Девушки должны выполнять свои обещания! — сказала мачеха. — Ступай сейчас же открой дверь!

Она была рада-радешенька, что падчерице придется повиноваться какой-то мерзкой лягушке.

Девушка встала, открыла дверь, видит — за дверью лягушка из источника на краю света. Прыг-прыг, скок-скок — и вот лягушка подскочила к девушке и проквакала:

Возьми на колени, прелесть моя, Возьми меня, дорогая! Вспомни, скорее, что говорили мы На краю света, возле источника!

Не хотелось девушке сажать к себе на колени лягушку, но мачеха приказала:

— Сейчас же возьми ее, дерзкая девчонка! Девушки должны выполнять свои обещания!

Пришлось девушке посадить лягушку к себе на колени. А та посидела-посидела, да и попросила:

Дай мне поесть, о прелесть моя, 

Дай мне поесть, дорогая! 

Вспомни скорее, что говорили мы 

На краю света, возле источника!

Эту просьбу девушка выполнила охотно — принесла хлеба, кувшин молока и досыта накормила лягушку. А лягушка наелась и говорит:

Ляг со мной спать, о прелесть моя, 

Ляг со мной спать, дорогая! 

Вспомни, дружочек, что говорила ты, 

Когда устала так возле источника!

Тут уж девушка возмутилась. Но мачеха сказала сердито:

— Давши слово — держись! Девушки должны выполнять свои обещания! Делай что велят или убирайся отсюда вместе со своей лягушонкой!

И вот девушка взяла лягушку с собой в постель, но положила ее как можно дальше от себя. А когда занялся день, лягушка сказала ей:

Руби мне голову, прелесть моя! 

Руби скорей, дорогая! 

Вспомни, дружочек, что обещала ты 

Там, на лужайке возле источника!

Девушка сначала отказалась — ведь она помнила, как помогла ей лягушка у источника на краю света. Но лягушка повторила свою просьбу. Тогда девушка пошла за топором и отрубила ей голову. И вдруг — о чудо! — перед ней предстал молодой прекрасный принц. Он поведал девушке о том, как злой волшебник заколдовал его, и добавил:

— Расколдовать меня могла только та девушка, что согласилась бы исполнять все мои приказания целую ночь — с вечера и до утра, а утром отрубила бы мне голову.

Ну и удивилась мачеха, увидев вместо мерзкой лягушки молодого принца! И уж поверьте мне, не по душе ей пришлось, когда принц сказал, что хочет жениться на ее падчерице за то, что она освободила его от злых чар. Но они все равно обвенчались и поселились в замке. А мачехе осталось утешаться тем, что, не будь ее, падчерица никогда бы не вышла замуж за принца.

Сказка о том, как Джек ходил счастья искать

Жил на свете мальчик. Звали его Джек. В одно прекрасное утро отправился Джек счастья искать. Не успел далеко отойти — навстречу ему кот.

— Куда идешь, Джек? — спросил кот.

— Иду счастья искать.

— Можно и мне с тобой?

— Конечно! — ответил Джек. — Чем больше компания, тем веселей.

И пошли они вместе, прыг-скок, прыг-скок. Недалеко отошли — навстречу им собака.

— Куда идешь, Джек? — спросила собака.

— Иду счастья искать.

— Можно и мне с тобой?

— Конечно! — ответил Джек. — Чем больше компания, тем веселей.

И пошли они вместе, прыг-скок, прыг-скок. Недалеко отошли — навстречу им коза.

— Куда идешь, Джек? — спросила коза.

— Иду счастья искать.

— Можно и мне с тобой?

— Конечно! — ответил Джек. — Чем больше компания, тем веселей!

И пошли они вместе, прыг-скок, прыг-скок. Недалеко отошли — навстречу им бык.

— Куда идешь, Джек? — спросил бык.

— Иду счастья искать.

— Можно и мне с тобой?

— Конечно! — ответил Джек. — Чем больше компания, тем веселей.

И пошли они вместе, прыг-скок, прыг-скок. Недалеко отошли — навстречу им петух.

— Куда идешь, Джек? — спросил петух.

— Иду счастья искать.

— Можно и мне с тобой?

— Конечно! — ответил Джек. — Чем больше компания, тем веселей.

И пошли они вместе, прыг-скок, прыг-скок.

Так и шли, пока не начало темнеть. Задумались они — где же им ночь провести? И тут видят — у дороги дом стоит. Джек велел друзьям не шуметь, подкрался к дому и заглянул в окошко. А в доме-то сидели разбойники — деньги пересчитывали.

Вот вернулся Джек к своим друзьям и наказал им ждать его знака, а тогда кричать что есть мочи. Приготовились все, Джек подал знак, и вот — кот замяукал, собака залаяла, коза заблеяла, бык замычал, петух закукарекал. Такой шум подняли, что разбойники перепугались и убежали

Тогда Джек с друзьями вошел в дом и занял его.

Но все-таки Джек опасался, как бы разбойники не вернулись ночью.

Настало время спать ложиться. Джек уложил кота в качалку, собаку посадил под стол, козу отправил на чердак, быка спрятал в погребе; петух взлетел на крышу, а сам Джек улегся в постель.

Видят разбойники — свет в окнах погас, и послали в дом человека за деньгами. Но тот скоро прибежал назад и рассказал, какого страху натерпелся.

— Вхожу я в дом, — говорит, — сажусь в качалку, а там уж старуха какая-то сидит, вяжет, да как ткнет меня спицами!

А это был кот.

— Подхожу к столу, хочу взять наши денежки, а под столом сапожник сидит, да как вонзит в меня шило!

А это была собака.

— Поднимаюсь на чердак, а там кто-то зерно молотит, да как трахнет меня цепом!

А это была коза.

— Спустился я в погреб, а там кто-то дрова колет да как запустит в меня топором!

А это был бык.

— Но все бы ничего, кабы не карлик на крыше. Как завопит он: "А подать-ка его сюда! А подать-ка его сюда!" Я наутек!

А это петух кричал "Ку-ка-ре-ку-у!"