Пер Гюнт

Давным-давно, когда тролли ходили по земле, словно они тут хозяева, жил в Кваме охотник, по имени Пер Гюнт. Круглый год бродил Пер Гюнт в горах, потому что в те давние времена горы были покрыты густыми лесами, а в лесах водилось всякое зверьё.

И вот что случилось с ним однажды осенью.

Скотину с лесных пастбищ давно уже угнали вниз, в долину. Вместе со стадами ушёл с гор и весь народ. Пер Гюнт немало исходил крутых тропинок, выслеживая медведя, и ночь застала его недалеко от брошенной пастушеской хижины в Хевринге.

Тьма была такая, что он не видел даже собственной руки.

Когда Пер подошёл к хижине, собаки его ни с того ни с сего принялись лаять, словно они учуяли медведя. Пер Гюнт прислушался. Кругом было тихо. Ни звука, ни шороха.

У самого порога хижины Пер вдруг споткнулся обо что-то большое, скользкое, холодное.

- Кто это? - спросил Пер Гюнт.

- Это я - Кривой,- ответил из темноты голос.

Пер Гюнт мало что понял. Но ему стало не по себе. Он хотел было подойти к хижине с другой стороны, но едва сделал шаг - опять на что-то наткнулся.

Он наклонился к земле и стал шарить в темноте руками, чтобы узнать, кто же это мешает ему войти в хижину.

Рука его коснулась чего-то холодного, скользкого.

- Кто же это? - опять спросил Пер Гюнт.

- Да всё я, Кривой,- раздался из темноты голос.

Тут Пер Гюнт догадался, что это тролль, который змеей улегся вокруг хижины.

- Кривой ты или ещё какой,- смело сказал Пер Гюнт,- а посторонись-ка да пропусти меня в хижину.

Живое кольцо зашевелилось, раздвинулось, и Пер Гюнт, перешагнув через него, открыл дверь.

В хижине было не светлее, чем на дворе. Пер Гюнт пробирался ощупью, держась за стенку, и вдруг снова споткнулся обо что-то холодное, скользкое, влажное.

- Да кто это?! - закричал Пер Гюнт.

- Всё тот же Кривой,- услышал он в ответ.

"Нехорошо здесь оставаться,- подумал Пер Гюнт.- Но я сейчас выпрямлю этого Кривого. Будет меня помнить".

Он снял с плеча ружьё и вышел из хижины.

- Так ты говоришь, что ты Кривой?

- Я самый старший Кривой из Этне-даля,- с гордостью сказал тролль.

По его голосу Пер Гюнт сообразил, где голова этого тролля, и не мешкая выстрелил ему в лоб три раза.

- Стреляй ещё раз,- захрипел тролль. Но Пер отлично знал, что, если он выстрелит ещё раз, пуля вернётся к нему и пробьёт голову ему самому.

- Хватит с тебя и трех пуль,- сказал Пер Гюнт и вместе с собаками оттащил мёртвое чудовище подальше от пастушьей хижины.

А по горам со всех сторон прокатился гром, вой, визг.

На другое утро Пер Гюнт снова отправился на охоту. Взбираясь на гору, он увидел девушку, которая гнала вниз стадо коров.

"Странно, что не весь скот ещё увели",- подумал Пер.

Он пошел навстречу девушке, но она - прямо у него на глазах - вдруг исчезла, коровы тоже исчезли, а вместо них Пер увидел целое стадо медведей.

"Неужто я обознался?-подумал Пер Гюнт.- Медведей за коров принял. Да и не слыхал я никогда, чтобы медведи ходили стадами".

Он подошел ещё ближе, и тут стадо как сквозь землю провалилось, а прямо перед Пером, раскачиваясь из стороны в сторону, стоял один медведь - косматый, огромный, с оскаленной пастью.

В это время откуда-то из глубины горы послышался глухой голос:

- Смотри! Идет Пер Гюнт со своей огненной палкой. Спасай скорее теленка! Не то плохо ему будет!

- Плохо будет не теленку, а Перу, потому что он сегодня не мылся,- ответил такой же глухой голос из другой горы. И сейчас же кругом всё захохотало, как будто сами горы смеялись над Пером.

Не теряя времени, Пер Гюнт открыл свою фляжку с водой, наскоро вымыл руки и выстрелил. Медведь упал, а в горах опять застонало, загудело, загрохотало.

Когда всё утихло, Пер Гюнт снял с медведя шкуру вместе с головой, тушу завалил камнями, шкуру взвалил на спину и пустился в обратный путь.

Он шёл, зорко поглядывая по сторонам. Ведь тролли могут прикинуться кем угодно - и зверем, и змеей, и человеком. На то они и тролли!

Не дойдя немного до хижины, Пер Гюнт увидел на дороге песца.

- Посмотри на моего ягнёнка, какой он откормленный,- сказал чей-то голос из-под земли.

- Лучше посмотри на Пера,- ответил другой голос.- Видишь, он опять поднял огненную палку?

И правда, Пер уже вскинул ружьё. Выстрел - и мёртвый песец растянулся на земле...

В горах снова зашумело, загрохотало, завыло.

А Пер Гюнт снял с песца шкуру и пошёл дальше.

Скоро он добрался до пастушьей хижины. Головы медведя и песца он повесил над входом, накрепко закрыл за собой дверь, развёл огонь в очаге и принялся варить суп. Но дым от огня валил такой, что слезы ручьём текли у Пера из глаз. Пришлось ему открыть потайное окошечко - наверху, под самым потолком хижины.

И вот что случилось. Едва Пер отворил окошечко, как тролль просунул в него свой нос. А нос у него был такой длинный, как хороший багор.

- Как тебе нравится мой нос? - спросил тролль.

- А как тебе нравится мой суп? - спросил Пер и выплеснул весь горшок с похлёбкой ему на нос.

Тролль завыл, застонал и отскочил от окошка.

А в горах так и покатились камни от громового хохота.

- Тролль с ошпаренным носом! Тролль с ошпаренным носом!

Наконец всё стихло.

Только что Пер Гюнт принялся снова варить себе ужин, как вдруг через печную трубу хлынула вода и огонь погас. - Теперь Перу придётся не лучше, чем трём пастушкам, что остались в Вале,- сказал голос за стеной. И опять стало тихо.

"Вот оно что! Значит, из Вале не все ушли",- подумал Пер.

Он выбрался из хижины, кликнул собак и пошёл к северным склонам гор, туда, где в маленькой хижине жили вальские пастушки.

Ночь была чёрная, как мешок угольщика.

Пер Гюнт пришёл как раз вовремя. Четыре тролля были уже у самых дверей хижины. Этих молодцов звали: Густ-Воздушный Вихрь, Валь-Горный Владыка, Тьестель-Водяной Поток и Рольф-Огненный Столб.

Пер вскинул ружьё и не целясь выстрелил. На этот раз его пуля никого не задела. Но едва только раздался выстрел, как Густ-Воздушный Вихрь закружился на месте и помчался куда глаза глядят. Да и остальные тролли попятились назад.

А Пер тем временем бросился в хижину.

Девушки хоть и были живы, но от страха дрожали с ног до головы. Пока Пер Гюнт их утешал да успокаивал, тролли тоже набрались храбрости.

Рольф-Огненный Столб от злости совсем распалился и готов был превратить хижину - вместе со всеми, кто там был - в пепел.

Но собаки Пера не дремали. Они бросились на Тьестеля-Водяной Поток и опрокинули его прямо на Огненный Столб. Оба тролля так и зашипели!

Тьестель-Водяной Поток пополз вниз по склону горы и под конец сорвался в глубокое ущелье.

А Рольф-Огненный Столб едва живой вырвался через печную трубу и, припадая на обе ноги, убрался восвояси.

Остался последний - Валь-Горный Владыка.

- Берегись, Пер! - закричал он, да так, что горы зашатались, и каменный дождь забарабанил по хижине.

- Лучше ты берегись,- ответил Пер Гюнт и тремя выстрелами из ружья убил тролля.

Когда со всеми троллями было покончено, пастушки стали просить Пера Гюн-та проводить их домой. Они не хотели оставаться в этих местах лишнюю минуту.

Пер вместе с ними спустился в долину и довёл до того самого селения, где они жили. Там Пер Гюнт простился с вальскими пастушками. Но с троллями ему пришлось встретиться ещё раз.

Перед Новым годом Пер Гюнт услышал, что есть в Довре мыза, где в новогоднюю ночь любят собираться тролли. Ну, а людям уж, конечно, приходится от таких гостей уходить подальше.

И вот Пер Гюнт решил встретить Новый год на этой мызе. Очень ему хотелось ещё раз проучить троллей.

Он вымазал лицо сажей, нарядился в какое-то рваное тряпьё, так что его самого могли бы принять за тролля, взял с собой белого ручного медведя, целую свиную кожу, шило, дратву и отправился в путь.

Он постучался в дом, куда повадились ходить тролли, и попросил у хозяина приюта.

- Где же мы тебя приютим, когда тролли нас самих из дому выживают?

- А если пустите меня, я, может быть, выживу троллей из вашего дома,- сказал Пер Гюнт.

Так и порешили.

Хозяева ушли, а Пер Гюнт остался у них в доме.

Медведь улёгся за печкой, а Пер принялся шить из свиной кожи башмак. Такого большого башмака никто ещё не видывал.

В дырочки Пер продёрнул просмоленную верёвку, чтобы можно было крепко затянуть башмак, да ещё вырезал из кожи хороший ремень.

В полночь явились тролли. Одни занялись приготовлением новогоднего ужина - жарили лягушек, ящериц, пауков и прочую дрянь, другие плясали и кувыркались. Словом, все чувствовали себя как дома.

На Пера тролли и внимания не обратили: он был совсем им под стать - такое же страшилище.

И вдруг кто-то из троллей увидел башмак. Сейчас же все захотели мерить его. Каждый совал в него свою ногу, и когда все тролли были одной ногой в башмаке, Пер быстро затянул верёвку. Тут и мишка вылез из-за печки.

- Не хочешь ли отведать мясца, белая киска,- сказал один тролль и, изловчившись, бросил лягушку с раскалённой сковороды прямо медведю в пасть.

- Попробуй, попробуй их мясца! - сказал Пер и подмигнул медведю: принимайся, мол, за них!

А медведь и сам знал, что ему делать.

Как начал он драть да полосовать троллей! И Пер от него не отстаёт - что есть силы лупит троллей кожаным ремнем. Едва живые вырвались тролли из ловушки и убежали, проклиная Пера, и его башмак, белую киску.

С той поры тролли даже не подходили к этому дому.

Много лет спустя, незадолго до Нового года, отправился хозяин в лес - запастись дровами на праздник. И вдруг видит - идёт ему навстречу тролль.

- Что,- спрашивает тролль,- жива ещё твоя белая киска? Может, хочет, чтобы мы опять её угостили?

- Милости просим,- отвечает хозяин,- только побольше приносите угощения. У моей киски народилось семь детёнышей, так они ещё сильнее, чем сама белая киска. Да и нравом злее...

Услышал это тролль - и припустился бежать.

- Нет уж, ты нас больше не увидишь! - кричит.

И верно, никто больше не видел здесь троллей.

Сказка о муже-хозяйке

Жил-был на свете человек, злющий-презлющий Никак ему жена не могла угодить. И всегда-то ему казалось, что она мало по хозяйству занята. Boт приходит он как-то раз домой с сенокоса и давай ругаться.

— Не сердись понапрасну,— говорит ему жена.— Давай-ка лучше завтра поменяемся работой: я пойду вместо тебя сено косить, а ты оставайся дома и хозяйством занимайся.

Обрадовался муж и сразу согласился.

Рано поутру вскинула жена косу на плечо и отправилась на луг сено косить, а муж остался по хозяйству возиться.

Перво-наперво решил он сбить к обеду масло. Но только принялся за дело, как захотелось ему пить, и пошел он в погреб за пивом. А пока он цедил в кружку пиво, слышит: в кухню поросенок забрался. Зажал он в кулаке затычку от бочки — и вверх по лестнице, посмотреть, как бы не опрокинул поросенок маслобойку. Прибежал, да поздно: поросенок уже успел перевернуть маслобойку и слизывает с полу сливки. Муж так разозлился, что бочка с пивом тут лее у него из головы напрочь вылетела, и он кинулся со всех ног за поросенком. Нагнал его , в дверях и так ногой поддал, что поросенок свалился на землю замертво.

Тут муж вспомнил, что в руках затычку от бочки держит, и — бежать в погреб. Примчался, а бочка-то пустая — пиво давным-давно из нее все вытекло.

Пошел он снова в маслодельню, отыскал сливки, залил маслобойку и принялся масло сбивать, чтобы к обеду, значит, поспеть.

Но только он взялся за дело, как вспомнил, что скоро полдень, а корова все еще не кормлена и не поена. Вести ее на выгон уже поздно, решил он. Пусть, думает, попасется на крыше. Крыша у них была крыта торфяником и вся поросла высокой, сочной травой. Дом стоял на пригорке. Дай, думает муж, перекину-ка я на крышу доску и проведу по ней корову. Но маслобойку он не решился из рук выпустить, потому что по кухне ползал их малыш, а уж он только и мечтал перевернуть ее вверх тормашками. Взвалил муж маслобойку на спину и за коровой пошел. Но прежде чем тащить ее на крышу, решил ее напоить. Взял бадью и за водой отправился. Но только наклонился над колодцем, молоко из маслобойки вылилось и ему прямо за шиворот потекло.

Близился полдень, а масла все еще и в помине не было. Решил тогда муж хоть кашу сварить. Налил в горшок воды и поставил на огонь. Тут ему стукнуло в голову, что корова может с крыши свалиться. Чего доброго, еще переломает себе ноги или шею свернет. Пошел он корову привязывать. Один конец веревки ей к шее привязал, а другой пропустил через трубу и привязал к своей ноге.

Вода в горшке тем временем давно закипела, а он еще и не принимался молоть крупу. Только начал молоть крупу, а корова возьми да и свались с крыши и потяни его за собой в трубу! Накрепко застрял он в трубе, а корова повисла на веревке между небом и землей—ни туда и ни сюда!

Ждала-ждала жена, когда муж ее обедать позовет, но время шло, а никто ее не звал. Наконец лопнуло у нее терпение, и пошла она домой. Приходит и видит: висит на веревке бедняжка корова. Бросилась она к ней и обрезала веревку косой. А муж как свалится в очаг! Входит жена на кухню, а он в горшке с кашей торчком торчит—одни ноги наружу!

Сказка о тролле из Асхауга

В местечке Винье, что в провинции Телемар к, есть озеро Тотак. Зимой оно не замерзает до самого Рождества.

Была в старину на берегу этого озера маленькая ферма, и жил на ней крестьянин по имени Дире Во. Шла о нем молва, что ничего он на свете не боится.

Как-то в Сочельник сидел Дире Во у себя на ферме. Время близилось к полуночи, как вдруг послышался из-за озера какой-то страшный грохот. Перепугались все, кто был на ферме, а Дире Во все нипочем. Вышел он спокойненько из дому, спустил лодку на воду и поплыл на другой берег озера посмотреть, что же там такое происходит.

Тьма стояла - хоть глаз выколи, да только различил Дире Во во тьме какую-то тень. Догадался Дире Во, что это тролль. А тот стоит у самой воды и не знает, как через озеро перебраться. Увидел тролль Дире Во и кричит:

- Кто ты такой будешь?

- Я-то зовусь Дире с фермы Во, а ты кто такой и зачем сюда пришел?

- А я - тролль из Асхауга, - отвечает великан.

- И куда же ты идешь? - спрашивает его Дире.

- Да вот, надо мне в Гломсхауг, невеста меня там ждет. Может, перевезешь меня через озеро? - говорит тролль.

- Чего же не перевезти, садись.

Но только ступил тролль в лодку одной ногой, как суденышко тут же ушло под воду.

- Э, но-но, полегче! - кричит Дире.

- Хорошо, будь по-твоему. Коль ты того хочешь, уменьшусь я и стану полегче, - отвечает великан.

Вот перевез Дире тролля через озеро и говорит ему на прощание:

- А все же охота мне увидеть, каков ты взаправду. Покажись-ка в своем истинном обличье, интересно, сколько в тебе на самом деле росту.

- Недосуг мне сейчас, да и пугать тебя не хочу. Приходи утром на это место и увидишь, каков я: оставлю что-нибудь тебе на память.

Приходит Дире Во на берег рождественским утром и видит: лежит на дне лодки что-то вроде мешка. Пригляделся: а то - большой палец от рукавицы тролля. "Чего добру-то пропадать, - подумал Дире, - в хозяйстве все пригодится", - и стал с тех пор держать в той "рукавичке" зерно. Вот уж не маленькая была рукавичка, коль в один ее пальчик вошло два полных бушеля зерна.

Сказка о тролле на празднике

В Телемарке, в общине Рауланд, между хуторами Уребё и Ойгард, что на берегу озера Тотак, есть одна долина, усеянная огромными валунами. Кажется, что кто-то снес верхушку горы и забросал всю долину камнями. И рассказывают об этом такую легенду.

В давние времена жило в тех краях множество народу. Как-то раз справляли на одном из хуторов свадьбу, и пришли на нее все окрестные жители. Пили они, ели и веселились на славу. Увидел это со своей горы тролль. А звали того тролля Тор Троллебане. И захотелось ему пива. Спустился Тор Троллебане в долину, пришел к пирующим и подсел к столу. Росту же тролль был громадного и брюхо имел бездонное. Ест да пьет, а все ему мало. Испугались тут хозяева, что совсем объест их великан, и давай гнать его из-за стола. Рассердился Тор, нахмурился. Заметил это его сосед за столом и понял, что недалеко тут до беды. А был он человек добросердечный и говорит Тору:

- Пойдем ко мне на хутор, налью я тебе пива да дам, чего поесть.

Пришли они на хутор, и выкатил хозяин троллю целую бочку пива. Выпил ее Тор, закусил хозяйской телочкой, и поубавился чуть его гнев, хотя и не совсем прошел. Вот и говорит Тор крестьянину:

- Обидели меня те люди, и не будет им от меня прощения. Но ты не так жаден, как они, и за это я тебя пощажу.

Взял он крестьянина и его семью, посадил в карман и отнес к себе в горы.

- А теперь, - говорит, - смотри, что будет.

Поднял Тор свой молот и ударил им по вершине горы - и посыпались камни на долину, и не было никому от них спасения.

Отомстил Тор обидчикам и говорит крестьянину:

- Ввел я тебя в расход: выпил все твое пиво и съел твою единственную телку. Но не жалей о том - получишь ты за это от меня всю долину Уребё во владение. Расчищу я ее от камней, и будешь ты там жить.

Сдержал великан свое слово. Расчистил он хутор Уребё и дорогу к нему, и поселился на том хуторе добрый крестьянин со своей семьей.

Сказка о куколке в траве

В стародавние времена у одного короля было двенадцать сыновей. Когда они выросли, король собрал их и сказал:

- Сыновья мои дорогие, я стал стар и хочу внуков, поэтому собираюсь вас женить. Возьмите по хорошему коню, богатые доспехи и езжайте по белу свету искать себе невест. Каждый из вас должен найти такую девушку, которая могла бы соткать и сшить за один день рубашку.

Выехав за ворота замка, старшие одиннадцать братьев сказали младшему, которого звали Симон:

- Ты глуп и будешь только мешать нам, иди своей дорогой.

И, пришпорив коней, они умчались вдаль.

Расстроенный Симон слез с коня, упал в траву и горько заплакал. Вдруг откуда ни возьмись послышался тоненький голосок:

- Не плачь, Симон. Посмотри лучше на нашу маленькую куколку.

Юноша поднял глаза и увидел под листиком цветка крошечную девочку, одетую в воздушное белое платье. Она была очень маленькая, не больше мизинчика. Как взрослая, она восседала на крошечном золотом кресле, а в волосах у нее поблескивала бриллиантовая корона. Девочка была она необыкновенно красива и стройна.

- Расскажи мне, - сказала она, - какое несчастье приключилось с тобой.

Она говорила таким ласковым голосом, что юноша рассказал ей обо всем: как король-отец велел всем братьям найти себе невест, как раздал им доспехи и коней, как они выехали из дворца и братья бросили его одного посреди дороги.

- Где же я могу найти невесту, умеющую ткать и шить рубашки за один день? - горестно повторял бедный юноша.

- Я с удовольствием помогу тебе. Хочешь, я буду твоей невестой? - спросила куколка. - Посмотри, что я умею делать.

Она достала пряжу, соткала материю, выкроила и сшила рубашку - и все это на глазах у изумленного юноши. Правда, рубашка получилась крошечная, как для куколки.

Симон взял рубашку и отправился к отцу. Отец-король с удовольствием рассмотрел ее и сказал смущенному Симону:

- Неважно, что она такая маленькая, зато она сшита очень аккуратно.

И он благословил сына на брак с куколкой. Радостный Симон вернулся за своей невестой. Он хотел было посадить ее к себе в карман, но куколка сказала, что у нее есть своя карета и лошади. Она села в серебряную чайную ложечку и запрягла в нее двух маленьких зелененьких кузнечиков. И они поехали рядом: Симон на коне, а его невеста в забавном экипаже - серебряной чайной ложечке, запряженной двумя кузнечиками.

Юноша ехал очень осторожно, стараясь не наступить на свою невесту. Но вот вдали показались уже дворцовые ворота, и, почуяв дом, конь Симона взмахнул копытом, и серебряная ложечка вместе с куколкой упала в озеро, мимо которого они проезжали. Бедный юноша! Он кричал и звал на помощь. Вдруг вода в озере забурлила и вынесла на берег прелестную девушку, с стройной фигурой, тонкой талией и пышными волосами. Счастливый Симон усадил свою возлюбленную на коня и помчался во дворец.

В это время туда уже приехали братья со своими невестами. Какими же уродливыми замарашками были молодые девушки! От быстрой езды их шляпки съехали набок, а лица покрывала дорожная пыль, к платьям прицепились репейники, и от этого девушки выглядели еще ужасней. Увидев младшего брата со своей красавицей-невестой, они начали было кричать на него от злости, но отец-король велел им замолчать и убираться из замка со своими уродинами. А для Симона и его невесты-куколки закатил такой пир, которого не видели и не увидят ни в одном королевстве мира.

Сказка о большой кошке из Довре

Жил когда-то в Финнмарке человек, который поймал белого медведя и повёл его в Данию на королевский двор. Случилось так, что рождество застало его в пути. Он остановился возле горы Довре, где стоял один-единственный дом, в котором жил человек по имени Халвор. И вот путник спросил хозяина, нельзя ли ему с белым медведем переночевать в доме.

"Упаси Бог! - воскликнул хозяин. - Мы не можем никого пустить на ночлег, потому что сами остаёмся без крыши над головой. Каждый год на рождество в наш дом являются тролли и празднуют всю ночь, и их так много, что нам ступить некуда и приходится самим уходить из дому.

"Ну, тогда ты можешь пустить нас переночевать. Медведь ляжет под печкой, а я могу спать в чулане", - сказал путник.

И так долго он упрашивал хозяина, что наконец упросил, и тот пустил его на ночлег. А хозяин и вся его семья собрались и ушли из дому. Но перед тем как уйти, они накрыли богатый стол, поставили и сладкую рождественскую кашу, и рыбу, и разные колбасы, и всё вкусное, что полагается подавать дорогим гостям.

И что вы думаете? Действительно, в дом пожаловали тролли - и старые, и молодые, и детишки. У одних был длинный хвост, у других - покороче, а некоторые вообще бесхвостые. И у многих были длинные-длинные носы. И все они ели, пили и пробовали всё, что стояло на столе.

Вдруг один маленький тролль увидел под печкой белую шкуру. И вот этот мальчик-тролль взял сосиску, воткнул в неё вилку и подошёл к печке, чтобы поджарить сосиску на огне. Потом наклонился к медведю и спросил: "Киса, киса, хочешь колбаски?" А сам суёт горячую вилку прямо медведю в нос. Медведь проснулся, да как подскочит, да как зарычит - тут все тролли один за другим кинулись вон из дому. Убежали все - и носатые, и хвостатые, и бесхвостые, и старые, и молодые, и детишки.

Через год бедный Халвор, как всегда перед рождеством, отправился в лес нарубить дров, чтобы натопить как следует печь к приходу троллей. Рубит он себе и рубит, и вдруг из лесу раздаётся страшный голос и зовёт его: "Халвор! Халвор!" "Я тут," - отвечает Халвор. Голос спрашивает: "Где твоя большая кошка?" "Дома, - отвечает Халвор. - Лежит под печкой. Она окотилась, принесла шестерых котят. И все они уже больше её и ещё злее, чем она."

"Тогда мы больше никогда не придём к тебе!" - крикнул тролль.

С тех пор тролли не едят сладкую рождественскую кашу в доме Халвора в Довре.

Сказка о замке Сория-Мория

В одной деревне жил у отца с матерью парень, по имени Хальвор.

Жил он и забот не знал, а родителям своим немало горя приносил. Сидит себе целыми днями около печки и роется в золе. И ни до чего ему дела нет.

Сколько раз отец с матерью отдавали его в учение, но всё без толку. Не пройдет и трёх дней, а Хальвор опять дома,- всё ему не так, всё не по нём. Опять сидит он у печки, опять копается в золе. И вот однажды зашёл к ним в дом матрос. Много земель и морей перевидал он и теперь снова отправлялся в далекое плавание.

- Хочешь, тебя с собой возьму? - спрашивает он Хальвора.

Да, это Хальвору пришлось по вкусу, на это он согласен.

Собирался он не долго - стряхнул золу с ладошек и пошёл.

Долго ли они плыли по морю, я не знаю. Только знаю, что попали они в сильную бурю, а когда буря наконец стихла, даже капитан не мог сказать, где они находятся,- принесло их к берегу какой-то чужой земли, а что это за земля и кто на ней живёт - про это никто никогда даже не слышал.

Ветер совсем улегся, паруса обвисли, и корабль - хочешь не хочешь - не мог сдвинуться с места. Стоять на одном месте всякому надоест. Даже Хальвору стало скучно.

Стал он просить капитана отпустить его на берег. И так он его просил, что капитан согласился. - Только смотри - чуть подует ветер, возвращайся скорее на корабль. Мы тебя ждать не будем.

И вот Хальвор ступил на берег неведомой земли.

Куда ни погляди, всюду золотые поля, зелёные луга, а людей не видно.

Долго шёл Хальвор, и вдруг закачались колосья, зашелестела трава - поднялся ветер. Надо бы Хальвору повернуть назад, но тут он увидел большую дорогу, и ему очень захотелось узнать, куда она ведёт. Дорога была такая гладкая, что по ней хоть яйца кати - не разобьются. А следов на дороге - никаких, ни человечьих, ни звериных.

Целый день шёл Хальвор, а когда настал вечер, дорога привела его к замку. Все окна замка были освещены и как будто манили усталого путника.

Хальвор изрядно проголодался, ведь с самого утра у него не было во рту ни крошки. Корабль его, верно, давно ушёл в море, и ему ничего не оставалось, как зайти в замок.

Он так и сделал.

Сначала он попал в кухню. Очаг ярко пылал, в огромных кастрюлях и котлах из серебра и золота что-то варилось и жарилось. Но людей нигде не было видно. Хальвор постоял, полюбовался всем этим кухонным великолепием, но не посмел ни к чему прикоснуться. Потом он заметил дверь, которая вела, наверное, из кухни во внутренние покои. Хальвор толкнул её да так и ахнул.

Перед ним сидела красавица и пряла на прялке.

- Кто ты, осмелившийся прийти сюда?- воскликнула красавица.- Уходи скорее! Хозяин этого замка трёхглавый тролль. Если он придёт и увидит тебя, ты погиб.

- Пусть у него будет хоть четыре головы, я всё равно останусь,- сказал Хальвор.- Я не уйду отсюда, пока ты меня не накормишь. А бояться мне нечего, потому что я не сделал ничего плохого.

Красавице понравилось, что Хальвор так смело разговаривает. Она хорошенько накормила его и, когда он наелся, сказала:

- А ну-ка попробуй снять вот тот меч, что висит на стене. Если снимешь, сам спасёшься и меня спасёшь. Хальвор усмехнулся. Тут и пробовать-то нечего! Он взялся за рукоятку меча... Да что же это? Он и приподнять его не может, не то что снять.

- Выпей-ка глоток из фляги, что висит рядом,- сказала красавица.- Тролль всегда так делает, прежде чем берётся за меч.

Хальвор приложился к горлышку, отпил глоток и снова взялся за меч. Да что же это? Меч стал как перышко, в руке словно ничего и нет.

- Ну, теперь пусть приходит тролль! - сказал Хальвор, помахивая мечом.

И вот послышалось пыхтенье, шум, треск - это тролль возвращался в свой замок.

Хальвор стал около двери.

Едва тролль приоткрыл дверь, как сразу почуял неладное.

- Здесь пахнет человеком! - закричал он страшным голосом.

- Верно! - сказал Хальвор и разом отрубил троллю все три его головы.

От радости красавица принялась петь и плясать и веселилась до тех пор, пока не вспомнила о своих сестрах. Тогда она заплакала.

- Ах, если бы ты мог освободить и моих сестёр! - сказала она Хальвору.

- Да где же они? - спросил Хальвор.

- Их тоже похитили тролли. Нас три сестры, три принцессы. Тролли заперли нас в своих замках, потому что мы не захотели стать их жёнами. До замка одного тролля целый день пути,- там в заточении живёт моя старшая сестра. До замка другого тролля ещё день и ночь пути,- там томится в неволе моя младшая сестра.

И красавица снова заплакала. На другое утро Хальвор пустился в путь. Он шёл весь день до самого вечера, не шёл, а бежал, и наконец увидел замок тролля.

Через кухню Хальвор проник во внутренние покои замка.

- Какой человек осмелился войти сюда? - воскликнула старшая принцесса.- Я уже забыла, сколько времени живу здесь - так давно похитил меня тролль. Но ни разу я не видела в этих покоях человека. Лучше всего, если и ты уйдёшь отсюда, потому что у тролля, которому принадлежит этот замок, шесть голов.

- Пусть у него будет шестью шесть голов, я всё равно не уйду.

- Он схватит тебя и проглотит живьём,- сказала принцесса. Ей очень хотелось спасти этого отважного юношу.

Но её слова нисколько не помогли. Хальвор твердил своё: он не уйдёт. А вот поесть он не прочь, потому что с утра у него во рту не было ни крошки. Может быть, принцесса накормит его?

Ну конечно. За этим дело не станет. Принцесса уставила едой весь стол. Юноша может есть сколько хочет. А потом он всё-таки должен уйти.

- Нет, я не уйду,- сказал Хальвор.- Я не сделал ничего плохого, и мне нечего бояться тролля.

- Да он тебя и спрашивать ни о чём не будет, схватит без всяких разговоров и съест. Но если уж ты такой упрямый, так хоть возьми меч, что висит на стене. Только сначала выпей глоток из фляги, которая висит рядом.

Хальвор так и сделал.

Скоро явился тролль. Он был ещё больше первого и едва-едва пролезал в дверь. Чуть только он просунул одну свою голову и повёл носом, как закричал:

- Фу ты! Да никак здесь человеком пахнет!

- Угадал, шестиглавый! - сказал Хальвор и одну за другой отрубил все шесть голов тролля.

Принцесса принялась прыгать и плясать от радости, а потом вспомнила о своих сестрах и заплакала.

- Не плачь,- сказал ей Хальвор,- одну твою сестру я уже освободил, а второй недолго осталось быть пленницей. На другое утро Хальвор отправился в путь. Весь день шёл, всю ночь шёл и только с рассветом второго дня увидел зубчатые стены замка.

Хальвор прошёл через кухню, распахнул дверь в покои замка и увидел такую красавицу, что даже глазам своим не поверил. На всём свете такой не найти. Это была младшая принцесса.

- Ах, юноша,- сказала она,- зачем ты сюда пришёл? Хозяин этого замка - страшный тролль. Ты и глазом моргнуть не успеешь, как он проглотит тебя. От него не спрячешься, не спасёшься, ведь у него девять голов. Уходи, пока он не вернулся.

- Пусть у него хоть сто голов, а я не уйду. Дай-ка мне выпить глоток из его бутылки, тогда посмотрим, кто кого одолеет.

Хальвор отпил немного из горлышка, потом снял меч со стены и принялся ждать тролля. И вот дрогнула земля, покачнулись каменные стены - это тролль вернулся в свой замок. Он был такой огромный, что только боком мог пролезть в дверь. Чуть только показалась одна его голова, как Хальвор отрубил её, а потом и остальные восемь. Правда, с последней головой ему пришлось повозиться. Она так крепко сидела на туловище, что Хальвор едва справился с ней.

Наконец всё было кончено.

Принцесса от радости чуть не плакала, а когда она узнала, что сестры её тоже свободны, счастью её не было конца. Не прошло и двух дней, как все собрались в замке старшей сестры. Никогда ещё стены этого замка не видели столько веселья, не слышали такого счастливого смеха.

Сестры от души привязались к Халь-вору, но младшая принцесса полюбила его больше всех. И Хальвор полюбил её всем сердцем. Оставалось теперь только отпраздновать свадьбу.

Одно печалило Хальвора - мысль об отце с матерью. Верно, они оплакивают своего непутёвого сына! А ведь как бы они порадовались его счастью и богатству!

- Твоему горю помочь легко,- сказала ему невеста.- Вот тебе кольцо, повернёшь его на пальце один раз, и оно перенесёт тебя, куда захочешь; повернёшь два раза, и - только позови - всякий возле тебя окажется; три раза повернёшь - и снова к нам вернёшься. Но помни: нас к себе не зови, не то никогда больше никого из нас не увидишь. Злой вихрь унесёт нас в замок Сориа-Мориа. А туда тебе дороги не найти. И кольцо тебе не поможет.

С этими словами сняла она кольцо со своей руки и надела на руку Хальвора.

Старшие сестры принесли одежду для Хальвора - из шёлка и бархата, шитую серебром и золотом, украшенную драгоценными каменьями. Нарядился Хальвор и сам стал похож на принца. Потом он повернул кольцо на пальце и сказал:

- Где был мой дом, там пусть и я буду! Где я стою, пусть там мой дом стоит!

И не успел сказать, как всё сбылось по его слову. Снова перед ним отцовский дом. Толкнул он дверь - кругом знакомые стены. И всё в доме по-прежнему - та же печка, тот же ящик с золой. Дело было уже к вечеру. В сумерках отец с матерью и не признали Хальвора. Увидели они, что к ним зашёл знатный гость, и от смущения стали приседать и кланяться.

- Не пустите ли меня переночевать, добрые люди? - спросил Хальвор.

Старики совсем растерялись. Нет, нет, как же это можно. Господин, видно, ошибся домом. Они люди бедные. У них и того нет, и этого нет, и накормить-напоить нечем, и спать уложить негде. Лучше уж ему пойти в другой дом, в конце улицы, где труба высокая на крыше, там для господина всё найдётся. А Хальвор не соглашается.

- Может, всё-таки позволите у вас переночевать. Мне ничего не надо. Я хоть здесь, на ящике с золой, посижу. Сел на краешек ящика и стал золу сквозь пальцы пересыпать, как, бывало, раньше делал.

Отец с матерью удивляются - что за странный гость! Да не гнать же его из дому!

Слово за слово, разговорились они о том, о сём.

- А разве детей у вас нет? - спрашивает Хальвор.

- Был сын,- говорит отец,- да ушёл от нас. И вести о себе не подаёт. Жив ли, нет ли - ничего мы не знаем.

- А какой он был? - спрашивает Халь-вор.- На меня не похож?

- Куда ему до тебя! - говорит мать.- Он только и знал дела,- вот как ты сейчас,- сидит на ящике да золу рукой ворошит.

Тут мать подошла к печке, чтобы подбросить угля в очаг. Яркое пламя осветило ящик и Хальвора, который сидел, запустив руку в золу.

- Хальвор, сыночек, да ведь это ты! - вскрикнула старуха.- Отец, смотри, это наш сыночек вернулся!

И оба старика бросились обнимать Хальвора. С радости они и плакали, и смеялись. А разговорам конца не было. Об одном только жалели отец с матерью, что нельзя им увидеть дорогую невестку. Наутро зашла к ним соседка, да так и ахнула, увидев Хальвора в шёлке и бархате. Часу не прошло, а уж вся деревня знала, что Хальвор победил трёх страшных троллей и вернулся домой. Всем соседям хотелось поскорее увидеть его, а соседским дочкам и вовсе не терпелось поглядеть на Хальвора. Раньше-то они знать его не желали. Встретят на улице и давай дразнить: "Эй ты, замарашка! Тебе золы не надо? Приходи - отсыплем полную бочку!" А теперь каждая из кожи лезла вон, чтобы Хальвор на неё взглянул, каждая с ним старалась заговорить, каждая старалась улыбнуться ему поласковее. Только зря они старались! Теперь сам Хальвор не хотел на них смотреть.

- Что это,- говорит,- вы все вырядились как огородные пугала? Вам в ваших нарядах разве что коров пасти! Вот бы посмеялись над вами моя невеста и её сестры!

И, забыв обо всем, что говорила ему невеста, он дважды повернул кольцо на пальце и сказал:

- Пусть замок и принцессы будут там, где я стою...

Но не успел он рта закрыть, как вдруг в небе потемнело, загремел гром, и сквозь грохот и вой вихря послышались голоса:

- Прощай, Хальвор! Ищи нас в замке Сориа-Мориа. А не найдёшь, так никогда больше нас не увидишь.

И всё стихло.

Соседи со страху поспешили уйти по своим домам, а Хальвор закрыл лицо руками и горько-горько заплакал.

- Сам я на себя беду накликал. Теперь одно мне остаётся - идти искать замок Сориа-Мориа.

Как ни уговаривали его отец с матерью, как ни просили остаться, Хальвор и слушать их не хотел. - Или найду замок Сориа-Мориа, или мне не жить!

И отправился в путь. Шёл он, шёл, и привела дорога его в лес. Лес густой, тёмный, конца-края ему нет. Целый день пробирался Хальвор дремучей чащей, всю ночь шёл и вдруг увидел среди деревьев огонёк.

"Верно, кто-то живет здесь,-подумал Хальвор.- Может, дадут мне поесть и отдохнуть позволят!.."

Подошёл Хальвор поближе и увидел маленькую жалкую хижину. Заглянул в окошко, а там двое сидят, старик и старуха. У старухи нос длинный-предлинный. Встала она возле печки и носом, точно кочергой, угли поправляет.

- Добрый вечер! - сказал Хальвор.

- Добрый вечер! - ответила старуха.- Ты зачем пришёл сюда? Уже сто лет ни один человек здесь не бывал.

Ну, Хальвор рассказал, куда он идёт, и спросил, не знает ли она дороги в замок Сориа-Мориа.

- Нет,- сказала старуха,- не знаю я туда дороги. А вот сейчас выйдет месяц, мы его и спросим. Он по всему свету бродит, так уж, наверное, всё знает.

Когда месяц, светлый и блестящий, поднялся над деревьями, старуха вышла на крыльцо.

- Месяц, месяц! - крикнула она.- Можешь ты показать дорогу в замок Сориа-Мориа?

- По небу я дорогу знаю, а по земле - не найду,- сказал месяц.- Облако от меня замок закрыло, когда я над ним проплывал.

Сказал - и дальше своим путем отправился.

- Не горюй,- сказала старуха Хальво-ру.- Скоро прилетит западный ветер. Уж он-то всё знает, во все уголки забирался!.. Да ты пойди поспи немного. А уж я его подкараулю.

И вдруг зашумело, загудело кругом, даже стены затрещали - это налетел западный ветер.

Старуха выбежала из хижины, руками машет, кричит:

- Ветер! Западный ветер! Постой! Не можешь ли ты показать дорогу к замку Сориа-Мориа? Помоги доброму человеку туда добраться.

- Я все дороги на белом свете знаю,- сказал западный ветер.- А в замок Сориа-Мориа я сейчас сам лечу. Там свадьба готовится. Прачки уже стирают приданое невесты, а мне надо сушить. Если твой гость на ногу скорый, пусть идёт за мной. Да скажи, чтобы не мешкал, я спешу,- зашумел западный ветер. А Хальвора и звать не надо, он уже на пороге стоит.

- Погоди,- сказала старуха.- Я тебе свои старые сапоги-скороходы дам. Без них тебе за этим ветром не угнаться. И вынесла Хальвору пару сапог.

- Раньше-то в них как шагнёшь - семь миль позади оставишь. Ну да теперь поизносились немного, больше пяти миль зараз не делают.

А западный ветер торопится, бушует:

- Поскорее, поскорее! Мне некогда! И помчался над горами и лесами. Бежит за ним Хальвор, едва поспевает.

Деревья по лицу его бьют, кустарник глаза колет, а он бежит и бежит. Над самой высокой горой поутих немного западный ветер и говорит Хальвору:

- Дальше иди один, а я тут разомнусь немного, ёлок наломаю. Ты спустись по склону этой горы, а там уже недалеко до замка Сориа-Мориа. У подножья горы река течёт, и в этой реке девушки бельё стирают. Так ты им скажи, что я скоро прилечу.

И вот Хальвор пошёл один. Оглянуться не успел, а сапоги-скороходы уже вниз его доставили. Внизу речка течёт, на берегу девушки бельё полощут. А на высоком холме на открытом месте стоит замок с кружевными башенками, с зубчатыми стенами.

- Скажите, девушки,- говорит Хальвор,- как этот замок называется?

- Это замок Сориа-Мориа,- отвечают девушки.- А ты скажи нам, милый человек, не повстречался ли тебе в пути западный ветер? Без него не высушить нам бельё.

- Видел я его, видел, он на горе ёлки ломает, обещал, что скоро здесь будет,- сказал Хальвор.

И зашагал к замку. В замке гостей - видимо-невидимо. А Хальвор, пока гнался за ветром, так всю свою одёжу изорвал, что стыдно людям на глаза показаться. Стал он в укромном уголке, смотрит на свадебное пиршество. Во главе стола сидит невеста - его, Хальвора, невеста, а рядом с ней, на его месте,- какой-то королевич заморский. Невеста украдкой слезы утирает, а её сестры чуть не в голос плачут. Смотрит на них Хальвор, и сердце у него обливается кровью. А гости уже за молодую чету пьют. Что делать? Что придумать? Снял Хальвор кольцо со своей руки, опустил в кубок с вином и послал с виночерпием невесте. Она отпила вина и увидела на дне кубка кольцо, которое подарила Хальвору.

Тогда принцесса встала со своего места и говорит:

- Нет, не жених мне тот, кто рядом со мной сидит, - он силой меня унёс. А настоящий мой жених - тот, кто меня и сестёр моих из неволи спас.

И показала на Хальвора.

Заморского королевича вон прогнали, а младшая принцесса и Хальвор отпразновали весёлую свадьбу.

Сказка о том, как два мальчика встретили в Хедальском лесу троллей

Когда-то давно в местечке Вог, в Гудбранской долине, жил один бедный человек со своей женой. Детей у них было так много, что на всех не хватало похлёбки и каши. Поэтому старшим двум мальчикам часто приходилось бродить из деревни в деревню, чтобы заработать или выпросить себе кусок хлеба.

Так, странствуя с мешком за плечами, узнали мальчики все горные дорожки и лесные тропинки.

Однажды они собрались идти в Хедальский лес.

Они слышали, что птицеловы, охотники на соколов, построили там, недалеко от местечка Мэл, хижину. Мальчикам захотелось посмотреть на птиц и, если удастся, разузнать, как их заманивают и ловят.

Братья знали самый короткий путь в Хедаль.

Они свернули с проезжей дороги и пошли напрямик через лесную чащу.

Дело было поздней осенью, когда леса и горы становятся безлюдными.

Девушки, которые летом пасут на горных пастбищах скот, в эту пору уже дома, греются перед печкой, прядут шерсть, только что снятую с овец, да вышивают себе приданое, а их пастушьи избушки в горах стоят пустые и заколоченные.

Так что мальчикам негде было ни поесть, ни передохнуть в пути.

Осенний день недолог. Едва протоптанная тропинка была чуть видна, и скоро мальчики её совсем потеряли.

Пока они разыскивали тропинку, стало темнеть. Хижины птицеловов нигде не было видно. Мальчики были одни в дремучей чаще Хедальского леса. А тьма кругом сгущалась всё больше и больше.

Наступила ночь.

Мальчики подумали-подумали и решили, что до рассвета им отсюда никак не выбраться. Надо ночевать в лесу. Они набрали целую кучу хворосту и шишек и развели костёр. Потом маленьким топориком, который был за поясом у старшего брата, нарубили еловых ветвей и смастерили из них шалаш. Постель они устроили себе из вереска и мягкого мха, благо и того и другого вокруг было более чем достаточно.

После этого они улеглись поближе друг к дружке, чтобы было потеплей, и сразу же уснули, потому что порядком устали за день. Неизвестно, сколько они проспали, час или два, но вдруг они разом проснулись, словно их кто разбудил. Высокие сосны над их головами гнулись и шумели, как во время бури. А над вершинами сосен что-то тяжело пыхтело, сопело, фыркало...

Кто это - какой-нибудь огромный страшный зверь или, ещё того не легче, лесной дух, тролль?

Мальчики так и замерли.

В это время где-то над соснами раздался треск, будто гром прокатился по небу, и голос скрипучий, как сырое дерево, сказал:

- Человеком пахнет!

Тут земля словно дрогнула и послышались чьи-то шаги.

Шаги были такие тяжёлые, что от них раскалывались камни, а корабельные сосны дрожали от верхушки до самого корня.

- Тролли! - сказал старший мальчик младшему.

- Ох, боюсь!.. Что же нам делать? - сказал младший.

- Стань здесь под сосной,- сказал старший,- и чуть тролли подойдут сюда, хватай наши мешки и удирай что есть духу. А я возьму топор и останусь здесь. Может, и не пропадём.

Не успел он это сказать, как старые деревья возле них раздвинулись, словно мелкий кустарник, и появились тролли.

Они были огромные - выше самых высоких сосен - и шагали след в след, положив на плечи друг другу свои ручищи.

Их было трое, но глаз у них был только один. Один-единственный глаз был у них на всех троих, и они по очереди вставляли его в глазную впадину, которая была на лбу у каждого.

Сейчас круглый, светлый, как луна, глаз сиял во лбу у переднего тролля. Он был поводырём, а другие двое шли за ним.

- Беги! - шепнул старший брат младшему.- Но не слишком далеко. Спрячься вон там, в буреломе, и посмотри, как я с ними разделаюсь. Они глядят поверху, да ещё одним глазом. Где им разглядеть, что делается у них под ногами!..

Младший бросился бежать, а тролли двинулись за ним.

Тут старший мальчик выскочил из-за деревьев и, размахнувшись изо всех сил, ударил своим топориком по пятке того тролля, что шёл позади. Тролль прямо взревел от боли. Он закричал таким страшным голосом, что поводырь даже вздрогнул и выронил из глазной впадины свой единственный драгоценный глаз.

Мальчик ловко подхватил его на лету и был таков.

Глаз был величиной с глиняный горшок и светлый, как месяц в полнолунье. Мальчик посмотрел сквозь него и увидел всё вокруг ясно-ясно: каждый куст вереска, каждую сосновую шишку, каждый камешек на земле. Как будто сейчас была не чёрная ночь, а белый день.

А тролли стояли, боясь пошевельнуться, испуганные, слепые, и не могли понять, что с ними случилось. Наконец они догадались, что кто-то украл их единственный глаз.

Они стали рычать, браниться, шарить среди сосен и елей длинными узловатыми пальцами, но так и не могли поймать мальчика.

- Я не боюсь вас, тролли,- крикнул он смело.- У меня одного теперь три глаза, а у вас троих - ни одного. И у меня есть ещё топор. Раньше, чем вы поймаете меня, я изрублю вас на куски своим топором, как сухое дерево.

- Берегись, мальчишка! - закричали тролли.- Отдавай наш глаз, а не то мы превратим тебя в камень или пень.

- Ну что ж,- сказал мальчик,- это ваше колдовское дело. Но всё равно вы уже никогда не получите своего глаза.

Тролли замолчали - они поняли, что этого мальчика им не запугать никакими угрозами, и решили поладить с ним добром. Они обещали ему и золота, и серебра, и всего, чего он только ни пожелает, если он вернёт им глаз. Мальчику это понравилось.

- Хорошо! - сказал он.- Сходите к себе домой и принесите сюда столько золота и серебра, чтобы мы с братом доверху набили наши дорожные мешки. Да, кроме того, прихватите для нас по хорошему стальному луку. Тогда я вам отдам ваш глаз. А до тех пор не видать вам ни глаза и ничего другого.

Тролли даже заскрипели зубами от злости.

- Негодный мальчишка! - сказали они.- Как же мы доберёмся до дому без нашего глаза?

- А это уж ваше дело. Вы же умеете колдовать!

Тогда тролли по очереди принялись звать свою хозяйку.

И вот издалека, из-за гор, отозвался чей-то голос, похожий на вой осеннего ветра.

Это лесная хозяйка, старая троллиха, услышала, что её зовут, и откликнулась.

Один из троллей сложил руки трубой и крикнул через реки и горы, чтоб она поскорей принесла в Хедальский лес два стальных лука и два полных ведра серебра и золота.

Прошло немного времени, и земля загудела, зашумели, затрещали деревья. Это лесная хозяйка прибежала на зов троллей с луками и вёдрами, полными золота и серебра.

Узнав в чем дело, она так рассердилась, что выдернула с корнями большую сосну и переломила её о колено, словно это была не столетняя сосна, а сухой прутик. Потом она вырвала у себя из головы длинный зелёный волос и стала им, как верёвкой, ловить мальчика. Но тролли, которым хотелось поскорей получить назад своё сокровище, стали уговаривать её не трогать этого мальчишку. Он жалит, как оса, а хитёр так, что, чего доброго, выдумает какую-нибудь новую уловку и отнимет глаз и у нее.

Лесная хозяйка зарычала, как разъяренная медведица, но не стала спорить. Она швырнула на землю два стальных лука и оба ведра - с золотом и серебром - и побежала обратно в горы, перепрыгивая на бегу через ели и сосны.

А тролли стояли перед мальчиком и протягивали к нему свои узловатые руки.

- Ну отдай же!!! Отдай!..-говорили они.

- Ладно, берите! - сказал мальчик и отдал троллям их глаз.

Они засмеялись от радости и, сотрясая землю, побежали вслед за лесной хозяйкой. Когда тролли скрылись за горами, из-за гор выплыло солнце.

Мальчики набили мешки золотом и серебром, вскинули за плечи стальные луки и, прихватив новые ведра из блестящей меди, весело зашагали домой.

С тех пор никто никогда не слыхал, чтобы тролли бродили в Хедальском лесу.

Хульдры на хуторе

В Ордале рассказывают, что давным-давно жил там один парень, женившийся на хульдре.

Хутор, откуда тот парень был родом, стоял на отшибе, и хульдры часто туда наведывались. Обычно они приходили готовить на кухне еду. Иногда хульдры приводили с собой детей - видно, им не с кем было их оставить.

Вот как-то раз подземный народец пришел на хутор печь лепешки, и случилось так, что хозяйский сын, холостой парень, был в ту пору дома. Приметил он, что на кухню прошла хульдра с молоденькой дочкой, и вошел за ними следом.

А хульдра-мать расхаживает по кухне от очага к столу, от стола к очагу - и так забавно показалось это парню, что стал он дурачиться, следуя за хульдрой, как тень, и выделывая всякие штуки со своим шарфом. Тут хульдра не выдержала и говорит парню:

- Если ты случайно коснешься меня, придется тебе на мне жениться.

Парень только рассмеялся в ответ, да возьми и накинь свой шарф на молоденькую хульдрочку.

- Что ж, - грустно сказала мать, - теперь она - твоя, и ты волен делать с ней все, что хочешь, но помни: как ты будешь обходиться со своей женой, так будет житься и тебе самому.

Сказала и ушла.

Молодые обручились, и только тут до парня дошло, что невеста у него с хвостом, и хотел уж он было ее прогнать, но священник совершил над девушкой обряд крещения - без этого он не соглашался венчать молодых, - и хвост у нее отпал, лишь только прикоснулась она к святой воде.

И вот сыграли свадьбу. Когда молодые вернулись из церкви, на хутор пришли из лесу три коровы - таких больших коров в тех краях никогда не видели, - и сами встали в хлев.

И стал парень с молодой женой жить на хуторе. На первых порах они хорошо друг с другом ладили, но только никак не мог парень выбросить из головы, что жена у него - хульдра, и с каждым днем обходился с ней все хуже и хуже.

Как-то раз работал парень в кузнице - надо было ему новые подковы для лошади сковать. Тут входит к нему жена и говорит, что приехали гости, и надо хозяину выйти на двор их принять-приветить. А парню это не с руки - хотел он сначала всю работу закончить. Тогда жена схватила голыми руками раскаленную подкову и растянула ее в железную полосу.

- Я бы и с тобой так же поступила, да люблю я тебя, - говорит она мужу.

С тех пор он переменился, стал добрым и ласковым с женой, и прожили они счастливо до конца своих дней.

Сказка о том, как Миккелю захотелось кониной полакомиться

Задрал как-то старый Бамсе лошадь и лежит около туши, обедает. А хитрый Миккель — тут как тут. И вертится он вокруг медведя, и юлит, все норовит у него из-под носа кусок мяса ухватить. А старый Бамсе ему говорит:

— Хочешь, Миккель, я научу тебя, как лошадь поймать? Тогда и ты кониной полакомишься.

— Хочу! — говорит Миккель.

— Пойди на лесное пастбище, и, как увидишь лошадь, что лежит на пригорке и спит, вскочи ей на спину, привяжи себя к ней накрепко и вцепись зубами ей в ляжку.

Побежал Миккель в лес и видит: на горушке под солнцем лошадь спит. Вскочил он к ней на спину, привязал себя накрепко и хвать ее зубами за ляжку! Тут лошадь как вскочит и да как начнет скакать по склонам и по камням с Миккелем на спине! Несется лошадь рысью, а лис верхом на ней едва жив сидит. Вдруг пробегает мимо заяц Йене.

— Куда это ты скачешь сломя голову, Миккель? — спрашивает заяц.

— Да вот решил прогуляться верхом! — отвечает ему лис.

Встал тут заяц на задние лапки, передними за живот схватился да как захохочет. Хохотал, хохотал, чуть от смеха не лопнул. С той поры лис Миккель уж не пытался кониной полакомиться.

Вот так и вышло, что один раз и старый Бамсе над лисом верх взял.

Сказка о том, как Миккель и Бамсе вместе поле возделывали

Решили как-то Миккель и Бамсе вместе поле возделывать. Вскопали они в лесу кусок целины и посеяли рожь.

— Как же мы урожай делить будем? — спрашивает медведь.

— Надо, чтоб все по справедливости было, — отвечает лис. — Ты бери себе корешки, а мне и вершков довольно.

Наступила жатва, и снял лис богатый урожай зерна, а медведю одна солома да сорняки достались. Разозлился старый Бамсе, а лис ему и говорит:

— Ничего не поделаешь, такой уговор был. Но коли хочешь, на сей раз бери вершки себе, а мне, так и быть, пускай корешки достанутся.

И посадили они репу. Поспела репа, выкопал ее Миккель, а медведю одни только листья достались. Рассердился медведь и с той поры никогда больше с лисом никаких дел не затевал.

Сказка о поросятине и медовых сотах

На другое утро сидел лис Миккель на камне у болота. Вдруг видит — старый Бамсе плетется и жирного поросенка тащит.

— День добрый, дедуля, — говорит лис. — Что это ты тащишь?

— Да вот хочу поросятинкой полакомиться, — отвечает медведь.

— И у меня кой-чего вкусненького припасено, — говорит лис.

— А что? — спрашивает медведь.

— Медовые соты; да такие, каких я никогда еще не видывал.

У медведя аж слюнки потекли, до того захотелось ему свежего медку отведать.

— Может, поменяемся? — предлагает он Миккелю.

— И не подумаю! — говорит лис.

И придумал Миккель такую игру — кто из них быстрее три дерева назовет. Если медведь выиграет — даст ему лис меда отведать, а если лис выиграет — получит он от медведя кусок поросятины.

— Ну, — говорит Миккель медведю, — начинай!

Подумал медведь, почесал лапой в затылке и медленно затянул:

— Бе-ре-за, о-си-на, ря-би-на!

А лис, не долго думая, скороговоркой выпалил:

— Дуб, вяз, клен!

Стало быть, выиграл Миккель у старого Бамсе. Схватил он самый лакомый кусок поросятинки и помчался в лес со всех ног. Заревел медведь от злости и пустился вдогонку за лисом. Догнал его и ну трепать да тузить!

— Не бей меня, дедуля! — взмолился лис. — Коли отпустишь меня, — я тебе медовые соты отдам!

Отпустил медведь Миккеля, а тот отдал ему медовые соты и говорит:

— Они листьями прикрыты. Ты листья сними и медком вволю полакомишься.

Заурчал медведь от радости, утащил добычу в кусты, улегся поудобнее и лапой листья откинул. Только это вовсе не медовые соты были, а осиное гнездо. Как откинул медведь листья, так все осы из гнезда и вылетели и давай старого Бамсе жалить — и в нос, и в глаза, и в уши, и в шею! Скулит медведь от боли, лапой от ос отбивается, а хитрый Миккель сидит на камне и хохочет-заливается! С той поры все медведи стали ос пуще огня бояться.

Бросай еловый корень - хватай лисий хвост!

Сидел однажды летом медведь Бамсе на пригорке да и задремал на солнышке. А тут лис Миккель из лесу крадется. Увидел он медведя и думает: "Дремлешь, дедуля? Ах ты, лежебока этакий! Ну погоди, сейчас я с тобой шутку сыграю". Поймал он в лесу трех мышей, положил их на пенек под носом у медведя, а сам подкрался к нему тихонько да как гаркнет над самым ухом:

— Бух, бух! Проснись, Бамсе! Пер-стрелок за горою.

Покричал он так, а сам деру в лес! Встрепенулся медведь, вскочил спросонья и оглядывается, кто это его разбудил? И решил он, что это лесные мыши на пеньке его попугать вздумали. Хотел он было их на куски разорвать, да вдруг видит — меж деревьями на лесной опушке лисий хвост мелькает. Понял медведь, что это опять хитрый Миккель с ним шутку сыграл, и пустился вдогонку за лисом. Бежит он за ним по пригоркам да по лужайкам, через рощи, перелески, кусты — кругом только треск стоит. Совсем уж выбился из сил хитрый Миккель; еле-еле до своей норы добежал. А нора у него под корнями большой ели была. Только хотел лис в нее юркнуть, а медведь хвать его за хвост и не пускает. Пропал рыжий лис! Только Миккель был не из тех, кто в беде голову теряет. Обернулся он и крикнул медведю:

— Бросай еловый корень — хватай лисий хвост!

— С перепугу выпустил медведь лисий хвост и за еловый корень ухватился. А лис Миккель шасть в нору! Залез поглубже и кричит оттуда медведю:

— Что, дедуля, опять я тебя околпачил!

— Ну погоди, я тебе это припомню! — заревел медведь и побрел обратно на пригорок дремать на солнышке.

А у лиса с той поры на хвосте белая отметина от медвежьей лапы осталась.

Сказка о сыне вдовы

Жила когда-то бедная-бедная вдова, и был у неё один-единственный сын, по имени Ларе. Из последних сил работала мать, чтобы вырастить своего сына. А когда минуло Ларсу шестнадцать лет, она сказала:

- Теперь, сынок, ты сам себе на хлеб зарабатывай. Иди ищи какую-нибудь работу, а я тебя кормить больше не могу.

И вот отправился Ларе по белу свету искать себе заработок.

Шёл он, шёл, и повстречался ему на дороге старик.

Старик спрашивает:

- Ты куда идёшь, парень?

- Иду работу искать. Хочу поступить к кому-нибудь в услужение.

- Поступай ко мне!

- Ладно, могу и к тебе. Для меня что к тебе, что к другому - всё равно.

- Ну так идём. Не пожалеешь.

И Ларе пошёл за стариком.

Кормил и поил его хозяин - лучше не надо. Работы от него никакой не требовал. Кажется, чем не хорошо? Только очень уж скучно. Ни один человек к хозяину не приходил. Живого голоса в доме у него не слышно. Собаки и то не видно.

Однажды хозяин собрался куда-то и говорит Ларсу:

- Я уезжаю на восемь дней. Ты один останешься в доме. Делай что хочешь, ходи куда хочешь, только не входи в те четыре комнаты, что на ключ заперты. А если войдёшь, сам на себя пеняй. Я вернусь и отрублю тебе голову.

Нет, нет, Ларе ни в чём не ослушается хозяина. Хозяин может на него положиться...

Старик уехал, а Ларе остался один. Несколько дней слонялся он без дела по дому, и такое вдруг одолело его любопытство, что он взял да открыл одну из четырёх запертых комнат.

Вошёл, огляделся по сторонам - комната совсем пустая, только над дверью, на полке, лежит ветка высохшего терновника.

"И чего это хозяин запретил мне сюда ходить? Тут и смотреть-то не на что,- подумал Ларе.- А таких прутьев я себе целый воз наломаю, если захочу".

Через восемь дней хозяин вернулся. Не успел порога переступить, а уже спрашивает:

- Ты не ходил в запертые комнаты?

- Не ходил,- ответил Ларе.

- А вот я сейчас сам увижу, правду ли ты говоришь,- сказал хозяин и вошёл в ту самую комнату, которую открывал Ларе.- Ага, сразу видно, что ты здесь был! Ну, теперь прощайся с жизнью!

Ларе плакал и уверял, что всегда будет слушаться хозяина. И хозяин простил его. Но сначала хорошенько выпорол. Да не век же помнить плохое. Хозяин перестал сердиться, Ларе забыл о побоях, и они снова зажили добрыми друзьями.

Прошло время, и хозяин опять стал собираться в дорогу.

- Теперь меня не будет дома четырнадцать дней,- сказал он Ларсу.- Смотри же, не входи в те три комнаты, что заперты. А туда, где ты уже был, ходи, пожалуйста, сколько твоей душе угодно.

Ларе, конечно, пообещал делать всё так, как велит хозяин.

Но и в этот раз случилось то же, что и в прошлый.

Восемь дней ходил Ларе вокруг да около запертых дверей, а потом не выдержал и открыл замок одной комнаты. И эта комната была совсем пустая, только на полке, над дверью, лежал булыжник и стоял кувшин с водой. "Нашел что прятать!"-подумал Ларе. И снова запер комнату.

В положенный день вернулся хозяин.

- Не ходил в запертые комнаты? - спросил он сразу.

- Нет, не ходил,- сказал Ларе.

- Сейчас я это проверю,- сказал хозяин. Открыл дверь одной комнаты да как закричит: - Нет, теперь не жди пощады! Прощайся с жизнью, пришёл твой последний час!

Но Ларе так плакал, так плакал, что хозяин наконец смягчился: жизнь подарил, а избить - избил. Живого места на Ларсе не оставил. А когда раны его зажили и гнев хозяина поутих, всё пошло по-старому.

И вот снова собрался хозяин из дому.

- Я уезжаю на двадцать дней,- сказал он Ларсу.- Если ты войдёшь в третью комнату, не надейся остаться в живых.

Сказал - и уехал.

Четырнадцать дней терпел Ларе, а потом не выдержал и приоткрыл дверь третьей комнаты. Тут уж совсем ничего не хранилось, даже булыжника. И только посреди комнаты в полу была небольшая дверка, вроде как в погреб. Взялся Ларе за ручку и приподнял эту дверку. Заглянул в подполье, видит: там стоит большой медный котёл и в нём что-то бурлит. А огня нигде нет.

"Что бы в этом котле могло быть?" - подумал Ларе и сунул в котёл палец.

Вынул палец, а он весь позолочен.

Что делать? Хозяин и раньше узнавал, что Ларе ходил в запертые комнаты, а теперь и подавно узнает. Как Ларе ни тёр свой палец - и песком, и щёлоком,- а позолота всё равно не сходила.

Тогда Ларе обвязал палец тряпочкой и стал ждать своей участи.

Хозяин вернулся, поглядел на завязанный палец Ларса и сразу всё понял, даже заходить в запретную комнату ему не понадобилось.

Сорвал он с Ларсовой руки повязку - и засиял, засверкал золотой палец.

Не долго думая хозяин схватил меч, чтобы отрубить голову своему непослушному слуге, но Ларе упал на колени, умоляя пощадить его жизнь. В конце концов хозяин смилостивился над ним и отстегал его ремнём так, что Ларе не мог ни ходить, ни лежать, ни сидеть.

Пришлось хозяину достать свой волшебный рог и целебной мазью смазать Ларсу рубцы. Рубцы зажили, и всё опять пошло по-прежнему.

И вот в четвёртый раз уехал хозяин.

- Теперь я вернусь только через месяц,- сказал он Ларсу.- И вот тебе моё слово: не сносить тебе головы, если ты войдёшь в четвёртую комнату. На этот раз я уж сдержу своё слово, будь уверен.

Три недели Ларе даже мимо той двери не проходил. А потом так захотелось ему войти в запретную комнату, что он махнул на всё рукой и вошёл.

Что же он там увидел?

В углу комнаты была устроена загородка, и там, в стойле, стоял черный конь. На голову ему был надет грязный мешок, а к хвосту привязана корзина с сеном.

- Это кто же над тобой так подшутил?!- воскликнул Ларе. Он сбросил мешок на пол, а корзину поставил возле морды коня.

Конь, видно, был очень голоден. Он съел всё сено, что было в корзине, и только потом сказал:

- Спасибо тебе, юноша. Ты накормил меня и спас от голодной смерти. За это и я спасу тебя. Пойди в комнату, где спит хозяин этого дома, и выбери себе доспехи, только не новые, блестящие, а те, что покрыты ржавчиной. Возьми меч - самый ржавый, седло - самое старое и возвращайся сюда.

Ларе всё сделал, как велел ему конь. Правда, меч был такой тяжёлый, что Ларе едва доволок его. А поднять его он даже двумя руками не мог.

- Ну, теперь раздевайся и лезь в котёл, что стоит в соседней комнате,- сказал конь.

- Да я же весь золотом покроюсь - вот как мой палец - и шевельнуться тогда не смогу,- сказал Ларе.

А конь ему отвечает:

- Кто в этот чан украдкой залезет, того золото по рукам-ногам сковывает. А кто смело в чан бросится, с тем плохого не будет.

Послушался Ларе коня и прыгнул в кипящий котел, с головой в него окунулся.

А вышел из котла - и не узнать его. На щеках румянец играет, волосы золотом горят. И сила в руках такая, что всё ему нипочем.

- Попробуй-ка подними меч,- сказал ему конь.

Ларе взялся за меч - и даже в руке его не почувствовал, точно это был не меч, а перышко.

- Теперь оседлай меня. А сам надень доспехи, возьми ветку терновника, кувшин с водой, булыжник да еще прихвати бараний рог с целебной мазью - и отправимся в путь!

Ларе взял всё, что велел ему конь, вскочил в седло, и конь пустился вскачь.

Они неслись быстрее ветра, быстрее камня, падающего с горы. Но вдруг чёрный конь поднял голову и сказал:

- Я слышу топот. Оглянись, может быть, это за нами гонятся. Ларе оглянулся.

- Так и есть, гонится за нами какое-то чудовище.

- Это наш хозяин - тролль. Брось скорее ветку терновника, да подальше, чтобы она меня не коснулась,- сказал чёрный конь.

Ларе привстал в седле и бросил на дорогу ветку высохшего терновника.

И тотчас позади них поднялась густая колючая чаща, настоящий терновый лес.

Тролль добежал до этих колючих за рослей, сунулся было напролом, да так и взвыл от боли. Пришлось ему возвращаться назад за топором и за подмогой.

Тем временем чёрный конь с Ларсом ещё дальше ускакали. Бежит конь во всю прыть и опять слышит позади себя топот -сильнее прежнего.

- А ну, оглянись назад, посмотри, что там такое?

Ларе оглянулся и говорит:

- За нами целая толпа гонится.

- Это тролль и его нелюди. Бросай в них скорее булыжник, только меня не задень.

Размахнулся Ларе что было силы и бросил булыжник. И сразу выросла на том месте высоченная гора. Тролли её и зубами грызли, и когтями крошили, а ничего сделать не смогли. Пришлось им в обход горы бежать.

А чёрный конь с Ларсом по прямой дороге всё дальше и дальше скачет.

И вот снова услышал чёрный конь топот, снова почуял, что дрогнула под ним земля.

- Погляди, кто там за нами гонится? - сказал он Ларсу.

- Да там целое войско! - воскликнул Ларе.- Все в доспехах, с мечами, с копьями!

- Ну так скорей вылей воду из кувшина, да смотри, чтобы ни одна капля на меня не попала.

Перегнулся Ларе через седло и стал выливать на дорогу воду. И как он ни старался, а всё-таки одна капля упала на коня. Сразу конь с Ларсом оказались в глубоком озере. Разлилось оно во все стороны, так что и берегов не видно. Едва выплыл чёрный конь на сушу.

А тролли и ступить в воду побоялись. Легли они у берега и решили выпить озеро. Пили, пили и так напились, что все лопнули.

Никто, конечно, о них не пожалел и не пожалеет, а чёрный конь сказал:

- Ну наконец-то мы от них избавились!

Долго ещё они ехали, пока не увидели густой лес, а в лесу - зелёную поляну. Возле старой липы с огромным дуплом конь остановился и говорит:

- Теперь расседлай меня, все свои доспехи спрячь в дупле, одну только уздечку оставь себе, и ступай в королевский замок. Да сначала сделай себе парик из мха, чтобы золотые волосы закрыть. В замке проси какую-нибудь работу. А если в чём нужда будет, приходи сюда. Тряхни уздечкой - и я тотчас явлюсь. Замок тут недалеко, тропинка тебя прямо к нему приведёт.

И вот Ларс в старом платье и в парике отправился в королевский дворец.

Сначала он пошёл на королевскую кухню и стал просить работу у королевской поварихи. Он может носить дрова, таскать воду из колодца,- да мало ли что нужно ещё на кухне. Но повариха, чуть увидела его, сразу прогнала прочь.

- Куда ты лезешь, лохматый, нечёсаный! И ты ещё воображаешь, что я пущу тебя в кухню? Уходи, уходи отсюда! Тогда Ларе пошёл в королевскую конюшню. Но конюх даже руками замахал, когда услышал, что Ларс просится к нему в услужение.

- Да королевские лошади на дыбы встанут, если тебя увидят! Хорош красавчик, нечего сказать! На голове не волосы, а целая болотная кочка! Ступай, ступай отсюда.

Тогда Ларс пошёл к королевскому садовнику. Тот оказался более сговорчивым.

- Что ж, оставайся. Будешь землю копать. Для этого красивой причёски не требуется. А спать будешь под беседкой. Беседка стояла в саду на высоких столбиках. Там, под лесенкой, которая вела в беседку, Ларе нашёл немного сена и устроил себе постель.

Так и стал он жить в королевском замке. Садовник был им доволен: никто из работни ков не мог быстрее Ларса вскопать землю, никто не мог, как Ларе, принести разом целую бочку воды. А Ларсу всё было нипочем.

Одного только боялся садовник - как бы Ларса не увидели король и принцесса. Они никогда бы не потерпели, чтобы за их садом ухаживал такой нечёсаный неряха.

Да все случилось не так, как он думал. Однажды, когда Ларе рано утром снял парик и стал умываться, принцесса увидела его из своего окна.

Волосы его блестели, как солнце, и куда ни повернётся он, повсюду сверкал золотой луч. А потом он снова надел парик, и сразу всё кругом словно потускнело.

На другое утро - ни свет ни заря - принцесса велела своей служанке подкрасться потихоньку к Ларсу, пока он спит, и снять с него этот отвратительный парик.

Принцесса стояла у окна, а служанка тихонько пробралась к беседке и уже протянула руку к парику, но тут Ларс повернулся на другой бок и громко захрапел.

Служанка так и замерла на месте. Но принцесса подала ей знак, и служанка осторожно сняла парик с головы Ларса. И сразу будто золотое сияние разлилось вокруг. Никогда ещё ни служанка, ни принцесса не видели такого красивого юноши.

Потом служанка так же осторожно надела Ларсу на голову его парик и побежала к своей госпоже.

За обедом принцесса сказала королю, что она не хочет выходить ни за принца, ни за герцога, которых ей сватают, а выйдет замуж только за парня, который работает у них в саду.

Король так рассердился, так кричал и топал ногами, что всем стало страшно. Но принцесса твердо стояла на своём: или молодой садовник, или никто.

Тогда король приказал запереть принцессу в её покоях и держать её днём и ночью под замком до тех пор, пока она не одумается. А Ларса он приказал заточить в башню и держать там столько времени, сколько вздумается королю.

Так и сделали.

Король радуется, что избавился от беды, а другая беда уже в ворота к нему стучится - сосед войной на него идёт, его королевство захватить хочет. Тут уж волей-неволей будешь воевать.

Увидел Ларс из окошка своей башни, что королевское войско собирается в поход, и просит тюремщика:

- Пойди к королю, может, позволит король и мне с врагом сразиться.

Ну и смеялся король, когда услышал, что Ларе просится на войну!

- Уж, верно, неприятель сразу отступит, когда увидит такого воина!.. Ну да пусть идёт, коли хочет.

Дали Ларсу сломанный меч, дали старую клячу, которая на три ноги хромала, а четвёртую волочила, и Ларс, вместе со всем королевским войском, отправился на войну.

Немного отъехали - и увязла его кляча в болоте. Ларс её и пришпоривал, и хлестал, а она ни с места - ни туда, ни сюда. Так и прошло мимо него всё королевское войско, да каждый над ним ещё и потешался!

А когда все скрылись из виду, Ларc спрыгнул со своей клячи и побежал на зелёную лужайку, к старой липе. Он достал из дупла доспехи, надел их, а потом вынул из кармана уздечку и легонько тряхнул. Зазвенела уздечка, и в ту же минуту перед Ларсом появился чёрный конь.

- Садись,- говорит,- на меня и ничего не бойся. Руби врага, делай своё дело, а уж я тебя не подведу.

Когда Ларc догнал войско, бой уже был в разгаре. Неприятель со всех сторон так и наседал. А Ларс вырвался вперёд, взмахнул своим чудесным мечом - и сразу дрогнули вражьи ряды. Взмахнул второй раз - и без оглядки побежало вражье войско.

Всё дальше и дальше гонит Ларе неприятеля, и кого его меч коснётся, тот замертво падает на землю. В королевском войске только удивляются: кто этот храбрец, откуда взялся такой? Все друг у друга о нём спрашивают, а его уже и след простыл. Вечером, когда возвращалось королевское войско домой, Ларе по-прежнему топтался посреди болота и понукал свою клячу. Снова все над ним посмеялись.

- Глядите-ка, этот дурак всё ещё со своей клячей воюет!

И проехали мимо.

На другой день опять двинулось королевское войско на врага. Опять посмеялись все над Ларсом и его клячей и оставили его одного барахтаться в болоте.

А в разгар боя снова неведомо откуда прискакал воин в боевых доспехах и разогнал вражьи ряды.

Вечером, когда войско возвращалось домой, Ларс опять воевал в болоте со своей клячей. Кто мимо него ни проедет, всякий для него словечко найдет.

Один советует:

- Ты бы свою лошадку на себе понёс! Скорее дело будет!

Другой спрашивает:

- Может, продашь своего скакуна? Я куплю!

Третий кричит:

- Подпорки бы своей кляче смастерил! А нашёлся и такой весельчак, что выстрелил в Ларса из лука и стрелой поранил ему ногу.

Тут уж Ларс не стерпел. Он принялся так стонать и охать, что даже сам король разжалобился и бросил ему свой платок - перевязать рану. На третий день было то же самое. Выезжает войско из королевского замка, и Ларс со всеми на своей кляче. Доехали до болота, и опять стала кляча - и ни с места.

- Нет, он тут дождётся, что его лягушки съедят! - сказал кто-то.

И все дружно засмеялись.

А когда войско скрылось из виду, Ларc опять побежал к старой липе, снарядился, вскочил на чёрного коня и поскакал к месту сражения, туда, где звенели мечи и свистели стрелы.

С ходу врезался он в самую гущу боя и убил вражеского короля.

На этом и война кончилась.

А Ларс подъехал к своему королю - и все увидели, что нога у этого безвестного смельчака перевязана королевским платком. Тут уж всякий догадался, что спасителем королевства был не кто иной, как подручный садовника.

- Так что же ты прикидывался бездомным бедняком, когда на самом деле ты знатный юноша? Какого ты рода-племени? Где твоё королевство? - спросил король.

- Нет у меня никакого королевства, и никем я не прикидывался. Я и вправду бедняк, сын бедной вдовы,- сказал Ларс.

- Жаль, конечно, да что поделаешь! - сказал король.- Но кто бы ты ни был, а всё-таки ты спас моё королевство.

И король сейчас же во всеуслышанье объявил, что отдаёт Ларсу в жёны свою дочь да и корону в придачу. Пусть теперь он правит королевством!

Всем раненым Ларе смазал раны целебной мазью, которую прихватил у тролля, и с весёлыми песнями войско вернулось домой. Когда принцесса увидела, что впереди войска едет Ларс, она от радости стала прыгать на одной ноге.

- Вот мой жених! Я же говорила, что лучше его нет никого на свете.

На другой день и свадьбу решили сыграть.

Утром молодой король пошёл в конюшню проведать чёрного коня, посмотреть, хорошо ли его накормили и напоили. Конь стоял грустный, понурый.

- Я помог тебе стать счастливым, помоги теперь и ты мне,- сказал он Ларсу.

- Да я для тебя всё, что хочешь, сделаю,- сказал Ларс.

- Тогда возьми меч и отруби мне голову. Ну что за жизнь у коня! Не хочу я больше так жить.

- Что ты, что ты! - воскликнул Ларс.- Ни за что я не соглашусь тебя убить! И что это ты вздумал! Разве я тебя обижу когда-нибудь! У тебя всё будет, чего только ты ни попросишь.

Но чёрный конь ничего не хотел слушать.

- Если ты не отрубишь мне голову,- сказал он,- тогда я тебя убью.

Пришлось молодому королю согласиться.

Поднял он меч над головой чёрного коня, а сам зажмурился, чтобы не видеть, как умрёт его верный товарищ.

Открыл глаза - что за чудо? На том месте, где был конь, стоял теперь прекрасный юноша.

- Кто ты такой? Откуда ты явился? - спросил Ларс.

- Разве ты меня не узнаёшь? - сказал юноша.- Не узнаёшь своего чёрного коня? Да ведь я не всегда был конём. Моё королевство захватил тот король, которого ты вчера убил. Он продал меня троллю, а тот заколдовал меня. Ты снял с меня его заклятье и спас моё королевство. Теперь мы с тобой будем жить добрыми соседями и уж никогда не будем друг с другом воевать.

Так оно и было. Оба молодых короля прожили много лет, оба состарились, но всю жизнь между ними был мир и дружба. Часто они ездили друг к другу в гости и никогда не ходили друг на друга войной.

Сказка о пироге

Жила-была женщина, и было у нее семеро детей, мал мала меньше. Вот как-то раз решила она побаловать их: взяла пригоршню муки, свежего молока, масла, яиц и замесила тесто. Стал пирог поджариваться, и так вкусно запахло, что все семеро ребят прибежали и ну просить:

- Матушка, дай пирожка! - говорит один.

- Матушка, дорогая, дай пирожка! - пристает другой.

- Матушка, дорогая, милая, дай пирожка! - хнычет третий.

- Матушка, дорогая, милая, родненькая, дай пирожка! - просит четвертый.

- Матушка, дорогая, милая, родненькая, расхорошая, дай пирожка! - ноет пятый.

- Матушка, дорогая, милая, родненькая, расхорошая, распрекрасная, дай пирожка! - умоляет шестой.

- Матушка, дорогая, милая, родненькая, расхорошая распрекрасная, золотая, дай пирожка! - вопит седьмой.

- Подождите, детки, - говорит мать. - Вот испечется пирог, станет пышным да румяным - разрежу его на части, всем вам дам по куску и дедушку не забуду.

Как услышал это пирог, испугался.

"Ну, - думает, - конец мне пришел! Надо бежать отсюда, покуда цел".

Хотел он со сковороды спрыгнуть, да не удалось, только на другой бок упал. Пропекся еще немного, собрался с силами, скок на пол - да и к двери! День был жаркий, дверь стояла открытой - он на крылечко, оттуда вниз по ступенькам и покатился, как колесо, прямо по дороге.

Бросилась женщина за ним следом, со сковородой в одной руке и с поварешкой в другой, дети - за ней, а сзади дедушка заковылял.

- Эй! Подожди-ка! Стой! Лови его! Держи! - кричали все наперебой.

Но пирог все катился и катился и вскоре был уже так далеко, что и видно его не стало.

Так катился он, пока не повстречал человека.

- Добрый день, пирог! - сказал человек.

- Добрый день, человек-дровосек! - ответил пирог.

- Милый пирог, не катись так быстро, подожди немножко - дай я тебя съем! - говорит человек. А пирог ему в ответ:

- Убежал я от хозяйки-хлопотуньи, от деда-непоседы, от семерых крикунов и от тебя, человек-дровосек, тоже убегу! - и покатился дальше.

Навстречу ему курица.

- Добрый день, пирог! - сказала курица.

- Добрый день, курица-умница! - ответил пирог.

- Милый пирог, не катись так быстро, подожди немножко - дай я тебя съем! - говорит курица. А пирог ей в ответ:

- Убежал я от хозяйки-хлопотуньи, от деда-непоседы, от семерых крикунов, от человека-дровосека и от тебя, курица-умница, тоже убегу! - и снова покатился, как колесо, по дороге.

Тут повстречал он петуха.

- Добрый день, пирог! - сказал петух.

- Добрый день, петушок-гребешок! - ответил пирог.

- Милый пирог, не катись так быстро, подожди немножко - дай я тебя съем! - говорит петух.

- Убежал я от хозяйки-хлопотуньи, от деда-непоседы, от семерых крикунов, от человека-дровосека, от курицы-умницы и от тебя, петушка-гребешка, тоже убегу! - сказал пирог и покатился еще быстрее.

Так катился он долго-долго, пока не повстречал утку.

- Добрый день, пирог! - сказала утка.

- Добрый день, утка-малютка! - ответил пирог.

- Милый пирог, не катись так быстро, подожди немножко - дай я тебя съем! - говорит утка.

- Убежал я от хозяйки-хлопотуньи, от деда-непоседы, от семерых крикунов, от человека-дровосека, от курицы-умницы, от петушка-гребешка и от тебя, утка-малютка, тоже убегу! - сказал пирог и покатился дальше.

Долго-долго катился он, смотрит - навстречу ему гусыня.

- Добрый день, пирог! - сказала гусыня.

- Добрый день, гусыня-разиня, - ответил пирог.

- Милый пирог, не катись так быстро, подожди немножко - дай я тебя съем! - говорит гусыня.

- Убежал я от хозяйки-хлопотуньи, от деда-непоседы, от семерых крикунов, от человека-дровосека, от курицы-умницы, от петушка-гребешка, от утки-малютки и от тебя, гусыня-разиня, тоже убегу! - сказал пирог и покатился прочь.

Так снова катился он долго-долго, пока не встретил гусака.

- Добрый день, пирог! - сказал гусак.

- Добрый день, гусак-простак! -ответил пирог.

- Милый пирог, не катись так быстро, подожди немножко - дай я тебя съем! - говорит гусак. А пирог опять в ответ:

- Убежал я от хозяйки-хлопотуньи, от деда-непоседы, от семерых крикунов, от человека-дровосека, от курицы-умницы, от петушка-гребешка, от утки-малютки, от гусыни-разини и от тебя, гусак-простак, тоже убегу! - и покатился еще быстрее.

Снова долго-долго катился он, а навстречу ему - свинья.

- Добрый день, пирог! - сказала свинья.

- Добрый день, свинка-щетинка! - ответил пирог и собрался было покатиться дальше. Но тут свинья сказала:

- Подожди немножко, дай полюбоваться на тебя. Не торопись, скоро лес... Пойдем через лес вдвоем - не так страшно будет.

Вот пошли они дальше вдвоем. Шли, шли, и дошли до ручья. Свинье ничего не стоило переплыть через ручей, а пирог не мог сам перебраться на другой берег.

- Садись ко мне на пятачок, - говорит свинья, - я тебя перенесу. А то промокнешь - всю красоту свою потеряешь!

Послушался пирог - и скок свинье на пятачок! А та - ам-ам! - и проглотила его.

Сказка о Чудо-девице

Жил-был когда-то король, и было у него много сыновей. Уж не помню точно, сколько их у него было, только младшему все не сиделось дома - так и рвался он из дому на мир поглядеть и себя показать. Наконец король сдался на уговоры сына и отпустил его.

Шел королевский сын, шел и пришел на подворье к великану. Взял великан его в услужение. Вот собирается утром великан пасти свое стадо и говорит королевскому сыну:

- Работы тебе на сегодня - вычистить хлев. Вычистишь - на том и кончай. Тебе повезло, хозяин тебе попался -добрее не сыщешь. Но уж коли так, служи и ты с усердием. Да не вздумай зайти в комнаты, что по соседству с той, где ты ночевал. Ослушаешься - не сносить тебе головы.

"Кажется, он и впрямь добрый, -сказал про себя королевский сын и принялся расхаживать по комнате и распевать веселые песенки. - А хлев еще успею вычистить - времени у меня хоть отбавляй. Вот бы заглянуть в другие комнаты! Что-то там неладно, а не то чего бы он не разрешал мне туда входить?" И королевский сын вошел в первую комнату. Вошел и видит: висит на стене большой котел, а в нем что-то варится. Но сколько королевский сын ни глядел, так и не углядел под ним никакого огня.

"Интересно, что тут варится?" - подумал он и сунул в котел голову. В ту же минуту волосы у него стали как медные.

- Вот так суп! Кто его попробует, тот сразу станет красавцем, - сказал королевский сын и вошел в следующую комнату. Там тоже висел на стене котел, и в нем тоже что-то варилось. Но и под этим котлом он не увидел никакого жара.

- Надо понюхать и этот суп, - сказал королевский сын и склонился над котлом. Тотчас волосы у него стали как серебряные.

- Такого доброго супа не едали и во дворце моего отца, - заметил королевский сын. - Интересно, каков же он на вкус?

- И королевич вошел в третью комнату. Там тоже висел на стене котел, и в нем тоже что-то варилось. Решил он понюхать и этот суп. Только сунул в котел голову, как волосы его засверкали чистым золотом, так что смотреть больно.

- Чем дальше в лес, тем больше дров,- сказал королевский сын. - Но если в этой комнате мой хозяин варит золото, то что же он варит в следующей? - И он открыл дверь в четвертую комнату. На сей раз котла в комнате не оказалось, зато перед королевичем сидела на скамье молодая девушка - не иначе как королевская дочка. Но чья бы дочка она ни была - такой красавицы ему не доводилось видеть ни разу в жизни.

- Господи Иисусе, чего тебе здесь надобно?- спросила девушка, что сидела на скамье.

- Нынче утром я нанялся сюда в услужение, -отвечал королевский сын.

- Спаси тебя Бог от этого места! - говорит она ему.

- Ого! А я-то думал, что попал к доброму хозяину! - сказал королевский сын. - На сегодня он задал мне совсем легкую работу-вычистить хлев. Кончу- и свободен!

- Как же ты думаешь взяться за это дело! - спрашивает она. - Если ты надеешься вычистить хлеб так, как это обычно делают люди, то ничего у тебя не выйдет. Только ты выбросишь лепешку навоза, как на ее месте появятся десять новых. Но я научу тебя, как быть: сначала переверни лепешку, а потом подцепи ее рукояткой лопаты - она и полетит сама в кучу.

- Хорошо, я так и сделаю,- пообещал королевский сын, да так весь день и просидел в комнате у девушки, потому что не прошло и часа, как им обоим стало ясно, что не могут они друг без друга жить. Вот почему первый день, что служил он у великана, промелькнул словно одна минута - уж в этом можете не сомневаться.

Но вот наступил вечер, и королевская дочка велела ему идти чистить хлев - не ровен час, вернется великан.

Пришел он в хлев да и подумал: "А ну-ка проверю, не обманула ли меня королевская дочка?" Взялся за лопату и давай чистить хлев так, как в бытность его у отца чистили хлев королевские конюхи. Куда там! Пришлось бросить, потому что не прошло и минуты, как вокруг него выросла такая куча навоза, что ему стоять негде стало. Тогда он сделал так, как научила его королевская дочка: перевернет навозную лепешку, подцепит ее рукояткой лопаты, и - глядь - засверкал хлев чистотой, словно его вымыли.

Отправился он домой - в ту комнату,в которой разрешил ему быть великан, и принялся распевать веселые песенки.

Вот вернулся великан со своим стадом.

- Вычистил хлев? - спрашивает.

- Чист, как стеклышко, хозяин - отвечает королевский сын.

- Пойду погляжу, - сказал великан и направился в хлев. Но все было так, как сказал королевский сын.

- Не иначе как поговорил ты с моей Чудо-Девицей! Самому бы тебе никогда до этого не додуматься, - говорит великан.

- Чудо-Девица? Что это за невидаль такая, а, хозяин? - удивился королевский сын, прикинувшись дурачком. - Вот бы поглядеть!

- Придет время, поглядишь, - отвечает великан.

На следующее утро собрался великан снова пасти стадо и говорит королевскому сыну:

- Вся твоя работа на сегодня - привести домой моего коня, что пасется на выгоне. Приведешь - и гуляй себе весь день. Видишь, как тебе повезло, - ты попал к доброму хозяину, - повторил великан. - Но смотри не заходи в те комнаты, о которых я говорил вчера. Ослушаешься - сверну тебе шею, -сказал великан и отправился пасти стадо.

- Да ты и впрямь добрый, - сказал королевский сын, - но только я все же зайду в те комнаты и потолкую с Чудо-Девицей, быть может, совсем скоро она станет моей, а не твоей. - И он вошел в комнату девушки.

Она спросила его, какое поручение дал ему на сей раз великан.

- Пустое дело, - отвечал королевский сын. - Всего-то и работы, что подняться на выгон да привести домой коня великана.

- И как же ты собираешься за это взяться? - спросила Чудо-Девица.

- Подумаешь, невидаль какая - проехаться до дому верхом на лошади! - отвечал королевский сын.

- Так-то оно так, да только на этом коне проехаться верхом непросто, - сказала Чудо-Девица. - Ну да ничего, я научу тебя, что делать. Только он тебя увидит - из ноздрей у него вырвется огонь, и пламя будет полыхать такое яркое, словно от смоляного факела. Но ты не бойся! Возьми с собой уздечку, что висит за дверью, и сунь уздечку коню в пасть. Конь станет сразу такой спокойный и послушный, что ты легко пригонишь его домой.

- Хорошо, сделаю все, как ты велишь, - сказал королевский сын, да так и остался у Чудо-Девицы, и они провели целый день вместе и болтали о всякой всячине. Но больше всего говорили они о том, как славно они заживут, когда убегут от великана и будут вместе; выгон и конь напрочь вылетели из головы у королевского сына, и он бы вовсе про них забыл, если б к вечеру Чудо-Девица ему про них не напомнила и не велела до прихода великана привести домой его коня.

Пришлось ему подчиниться; взял он уздечку, что висела в углу за дверью, и пошел на выгон. Только конь его заметил, из ноздрей у него повалил огонь, пламя яркое. Но королевский сын выбрал подходящий момент, и, едва конь успел подскочить к нему, он его взнуздал, и стал конь как вкопанный, а потом, словно ягненок, пошел за королевским сыном. А уж завести его на конюшню было проще простого - можете мне поверить.

Вернулся королевский сын в свою комнату и давай распевать веселые песенки.

К вечеру пришел домой великан.

Привел коня с выгона? - спрашивает.

- Да, хозяин. Я бы с удовольствием подольше покатался на нем, но приехал прямехонько домой и поставил его в конюшню, - отвечает королевский сын.

- Пойду погляжу, - говорит великан. Пошел он в конюшню и видит: стоит конь на месте, как и сказал ему королевский сын.

- Не иначе как ты поговорил с моей Чудо-Девицей! Самому бы тебе никогда до этого не додуматься, - снова говорит великан.

- Вчера Чудо-Девица, сегодня Чудо-Девица - что за невидаль такая! Вот бы поглядеть на нее, - отвечает королевский сын, снова дурачком прикинувшись.

- Придет время, поглядишь, - говорит великан.

Наутро третьего дня снова собрался великан пасти стадо.

- Спустишься сегодня в преисподнюю и принесешь мне оттуда дань, которую мне платят с каждой жаровни, - наказывает он королевскому сыну. - А вернешься - отдыхай сколько твоей душе угодно. Тебе повезло - ты попал к доброму хозяину! - И он ушел.

- Уж такой ты добрый, что подыскиваешь мне одну работенку легче другой, - говорит королевский сын. - Ну да ничего, я все-таки попробую разыскать твою Чудо-Девицу; ты говоришь, она твоя, но, может быть, она осмелится научить меня, как мне взяться за твое поручение. - И он вошел в комнату Чудо-Девицы.

Спросила его Чудо-Девица, какую работу наказал ему сделать на сей раз великан, и королевский сын поведал ей, как велел ему великан спуститься в преисподнюю и принести оттуда дань.

- Как же ты думаешь взяться за дело? - спрашивает Чудо-Девица.

- Я надеюсь, ты мне поможешь. Я ведь никогда прежде не бывал в преисподней. Но даже если бы я знал туда дорогу, все равно я не знаю, сколько мне взыскивать дани.

- Хорошо, я тебе помогу. Дойдешь до скалы, что на краю поля, и увидишь возле нее молоток. Возьми его и постучи по скале. Выйдет из скалы человек - из глаз и носа его вырываются языки пламени - спросит тебя, сколько ты хочешь взять. Отвечай: столько, сколько смогу унести.

- Хорошо, я так и сделаю, - пообещал королевский сын и целый день провел с Чудо-Девицей. Так бы и сидел он у нее, если бы она не напомнила, что до прихода великана надо успеть спуститься в преисподнюю.

Пришлось ему отправиться в путь-дорогу, и сделал он все, точь-в-точь как велела ему Чудо-Девица. Дошел до скалы, взял молоток и постучал по скале. Вышел из скалы человек- из глаз и носа у него пламя вырывалось.

- Чего тебе надобно? - спрашивает.

- Я пришел дань для великана собирать.

- Сколько же ты хочешь?

- Я никогда не беру больше, чем могу унести, - отвечает королевский сын.

- Это хорошо, что ты не прихватил с собой коня с телегой, - сказал тот, кто вышел из скалы. - Ступай за мной!

Вошел королевский сын за ним внутрь горы, и что же: перед ним огромная куча золота и серебра! Взял он столько, сколько мог унести, и отправился восвояси.

А вечером, перед тем как возвратиться великану, пошел королевский сын в свою комнату и давай петь веселые песенки - точь-в-точь как прежде.

- Ну что, принес мне дань из преисподней? - спрашивает великан.

- Конечно, хозяин, - отвечает королевский сын.

- Куда ты ее дел? - спрашивает великан.

- Да вон за скамьей лежит мешок с золотом.

- Пойду погляжу, - говорит великан и идет к скамье. Подошел и видит: лежит возле скамьи мешок, набитый золотом и серебром, да такой полный, что стоило великану до него дотронуться, как золото и серебро так и посыпались на пол!

- Не иначе как ты поговорил с моей Чудо-Девицей, - сказал великан. - Ну смотри, коли так - не сносить тебе головы!

- Чудо-Девица? - удивился королевский сын. - Вчера Чудо-Девица, позавчера Чудо-Девица, и сегодня опять ты за свое, хозяин. Вот бы поглядеть на эту невидаль!

- Ну что ж, подожди до утра, я сам отведу тебя к ней, - говорит великан.

- Спасибо, хозяин, -отвечает королевский сын.

На следующий день привел великан королевского сына к Чудо-Девице.

- Разрежь-ка его на куски и свари вон в том большом котле. Как увидишь, что суп готов, скажешь мне, -сказал великан, а сам улегся спать на скамью, и сразу же раздался такой храп, что горы задрожали.

Взяла Чудо-Девица нож, надрезала королевскому сыну палец и три капли крови на табуретку капнула. Собрала все старые тряпки, сношенную обувь и весь хлам, что попался под руку, и сунула все это в котел. А потом наполнила шкатулку золотом, положила сверху кусок каменной соли и бутылку с водой, что висела возле двери, взяла двух золотых кур и золотое яблоко, и побежали они с королевским сыном что было сил прочь от дома великана.

Бежали они, бежали и прибежали к морю. А потом сели на корабль и поплыли; где и как раздобыли они корабль - никогда я об этом не спрашивал.

А великан тем временем все спал в комнате Чудо-Девицы. Вот он потянулся и спросил:

- Ну как, скоро суп будет готов?

- Только начала варить, - ответила с табуретки первая капля.

Повернулся великан на другой бок и снова заснул и спал долго-долго. Но вот он снова потянулся и спросил сонным голосом, не открывая глаз, - как, впрочем, и в первый раз:

- Скоро он сварится?

- Почти готов! - ответила вторая капля, и снова великану показалось, что это голос Чудо-Девицы. Повернулся он на другой бок и опять захрапел.

Спал он, спал много часов подряд; но вот он зашевелился, потянулся разок-другой и спрашивает:

- Неужто еще не сварился?

- Сварился! - ответила третья капля.

Поднялся тогда великан и стал протирать глаза, но, сколько он их ни тер, никак не мог разглядеть ту, что говорила с ним. Тогда он принялся громко звать Чудо-Девицу. Никто ему не ответил.

"Небось вышла ненадолго", - решил великан. Взял он уполовник и пошел к котлу, варева отведать. А в котле-то ничего и не было, кроме старых подошв, тряпья да прочей гадости. И все это комом, не разберешь, что получилось-суп или каша!

Как поглядел великан в котел да как понял, что произошло, он так разъярился, что долго не мог опомниться. А потом побежал в погоню за королевским сыном и Чудо-Девицей, но их и след простыл. Примчался он вскорости к морю, а перебраться через него не может.

- Ну ничего, против этого у меня есть верное средство, - сказал великан. - Стоит мне только кликнуть моего морского сосальщика - и все в порядке!

Так он и сделал. Прибежал сосальщик, лег на землю, отхлебнул из моря несколько глотков - и сразу воды в море стало так мало, что великан без труда разглядел корабль, а на нем королевского сына и Чудо-Девицу.

- Брось в море кусок каменной соли! - крикнула Чудо-Девица.

Швырнул королевский сын за борт камень, и выросла поперек моря гора, да такая большая и высокая - куда там одолеть великану!

- Ну ничего, против этого у меня тоже есть верное средство, -сказал великан.

Взял он сверло и давай сверлить гору, чтобы сосальщик снова мог высосать воду. Но только просверлил в горе дыру, только сосальщик улегся и стал пить, как Чудо-Девица и королевский сын ступили на землю. Спасены!

Решили они идти домой, во дворец короля. Но королевский сын ни за что не хотел, чтобы Чудо-Девица пешком шла.

- Не уходи! - просит его Чудо-Девица. - Как только ты придешь во дворец к отцу, так сразу меня забудешь.

- Как же мне тебя забыть, когда мы вместе столько горя пережили и полюбили друг друга? - отвечает ей королевский сын. - Я только приведу коляску, запряженную семью лошадьми, а ты подожди меня на берегу моря. Пришлось Чудо-Девице уступить.

- Но помни, как придешь домой, - говорит она ему, - не ходи ни к кому из родных - отправляйся на конюшню, бери лошадей, запрягай их и скорей приезжай сюда. Вся родня захочет повидать тебя, но ты иди себе дальше, словно и не видишь никого, и в особенности не пробуй ничего есть. Не послушаешься меня - принесешь нам обоим большое несчастье.

Обещал королевский сын сделать все так, как она велит.

Пришел он домой и видит: справляет один его брат свадьбу; понаехало гостей во дворец видимо-невидимо, и все сразу окружили королевского сына и стали наперебой расспрашивать его и приглашать. Но он словно никого и не видел - пошел прямо в конюшню, вывел лошадей и принялся их запрягать. Увидели все, что им ни так, ни этак не уговорить его в дом зайти, и давай тащить в конюшню всякие яства и вина - все самое лучшее, что на свадебном столе было. Но королевский сын наотрез отказался что-нибудь отведать - он торопился лошадей запрягать. Тут протягивает ему сестра невесты яблоко и говорит:

- Раз уж ты не хочешь отведать ничего другого, может быть, хоть яблоко съешь, ведь тебя, небось, сморили голод и жажда после долгого пути.

Взял он у нее яблоко и откусил кусочек. И в тот же миг забыл и Чудо-Девицу, и то, что должен за ней поехать.

- Да я никак рехнулся? На что мне лошади и коляска? - спросил он. Завел он лошадей снова в конюшню и пошел вместе с гостями в королевский дворец, и так уж получилось, что решил он жениться на сестре невесты, на той, что угостила его яблоком.

А Чудо-Девица меж тем сидела на берегу моря и ждала королевского сына, а он все не возвращался. Тогда она решила уйти. Шла она, шла и пришла к маленькой одинокой хижине, что приютилась в самой гуще леса неподалеку от королевского дворца. Вошла она в хижину и попросила приютить ее. А в хижине жила злая старуха волшебница. Сначала она ни за что не хотела пускать к себе Чудо-Девицу, но Чудо-Девица все же уговорила ее, обещая как следует заплатить. Но до чего же грязно и неуютно было в хижине старухи - словно в свинарнике! Как осмотрелась Чудо-Девица, так сразу взялась за дело, чтобы хоть немного прибрать комнату. Не понравилось это злой старухе, да только Чудо-Девица не обращала на нее внимания. Достала она свою золотую шкатулку и бросила в огонь очага несколько золотых монет. Вспыхнуло золото ослепительным светом и озарило всю хижину, и стала она вся позолоченная внутри и снаружи. А старуха до того перепугалась, что кинулась вон из хижины, словно за ней гнался злой дух. Она так спешила, что позабыла наклонить голову в дверях, - как стукнулась головой о косяк, так и снесло ей голову!

На следующее утро ехал мимо ленсман. Смотрит и дивится: стоит в чаще леса золотая хижина и на солнце сверкает. Каково же было удивление ленсмана, когда он вошел в хижину и увидел прекрасную девушку. Она сразу так понравилась ленсману, что он тут же к ней посватался и просил поскорее дать ему ответ.

- Если у тебя много денег, тогда что ж... -ответила Чудо-Девица.

- У меня их не так уж мало, - сказал ленсман.

Поехал он домой за деньгами, а к вечеру вернулся и бросил на скамью перед Чудо-Девицей денег целый мешок.

Увидела Чудо-Девица столько денег и согласилась стать женой ленсмана. Но не успели они лечь спать, как Чудо-Девица и говорит:

- Я забыла жар в печке загрести.

- Господи, не вставать же тебе из-за этого! - отвечает ленсман. - Я сам все сделаю! - Соскочил он с кровати на пол и одним прыжком очутился у печки.

- Как только возьмешь в руки кочергу, скажи мне, - говорит ему Чудо-Девица.

- Уже взял, - отвечает ленсман.

- Ну, раз ты ее держишь, пусть и она до рассвета тебя держит и сыплет на тебя угли и горячую золу! - говорит Чудо-Девица.

Так и простоял всю ночь ленсман около печи и все себя раскаленными угольями да горячей золой посыпал, и, сколько он ни плакал и ни молил о пощаде, угли и зола от этого не остывали. А когда забрезжил рассвет и он снова обрел силу и смог отбросить от себя кочергу, он не стал мешкать, уж можете мне поверить, и со всех ног пустился наутек из хижины, словно за ним гнался сам черт, и все, кто встречался ему на пути, удивленно глядели ему вслед, потому что он летел как сумасшедший. Если бы его обобрали и поколотили - то и тогда вряд ли он выглядел бы хуже! Вот почему все с удивлением смотрели на него, а он молчал, чтобы не опозориться еще больше.

На следующий день шел мимо хижины писарь. Увидел он, как блестит и сверкает хижина в лесной чаще. Решил зайти и поглядеть, кто живет в хижине. Увидел он прекрасную хозяйку, влюбился в нее пуще ленсмана и тут же предложил ей руку и сердце.

Чудо-Девица ответила ему то же, что и ленсману:

- Если у тебя много денег, тогда что ж...

- У меня их не так уж мало, - отвечал писарь и помчался домой.

К вечеру вернулся он с огромным мешком денег, положил его на скамью перед Чудо-Девицей, и она согласилась стать его женой. Вот ложатся они спать, а Чудо-Девица и говорит:

- Совсем запамятовала я запереть дверь на ночь, пойду-ка закрою.

- Господи, не вставать же тебе из-за этого! - воскликнул писарь, - Лежи, я сам закрою. - И он проворно, словно кузнечик, соскочил с кровати и кинулся к двери.

- Как только схватишься за косяк, скажи мне, - попросила его Чудо-Девица.

- Уже схватился, - крикнул от дверей писарь.

- Ну, раз ты схватился за дверь, пусть и она схватится за тебя и держит до рассвета! - крикнула Чудо-Девица.

Так вот и получилось, что писарь проплясал всю ночь, и надо сказать, что таких коленец ему не приходилось выделывать никогда прежде, да и после того ни разу в жизни не хотелось ему повторять этот танец. Всю ночь бросало и швыряло его из угла в другой, так что он чуть до смерти не зашибся. Сперва он принялся ругаться, потом расплакался и стал молить о пощаде. Но ничего ему не помогало - до самого рассвета. А на рассвете дверь отпустила писаря, и он бросился бежать и на радостях и про мешок с деньгами, и про свое сватовство забыл. И только одного боялся - как бы дверь не побежала за ним вприпрыжку! Встречные диву давались, завидев писаря, - мчится как сумасшедший. Да что там говорить, бодай его всю ночь стадо баранов, он и тогда бы, небось, так ужасно не выглядел,

На третий день ехал мимо фогт. Он тоже увидел в чаще золотую хижину. И ему захотелось зайти взглянуть, кто живет в хижине. А как увидел он Чудо-Девицу, до того влюбился, что тут же предложил ей руку и сердце. Чудо-Девица ответила ему то же, что и двум другим:

- Если у тебя много денег, тогда что ж...

- У меня их не так уж мало, - ответил фогт. - Сейчас побегу за ними домой.

Так он и сделал. А вечером вернулся и положил перед Чудо-Девицей огромный мешок денег - раза в два был он больше мешка, который притащил писарь. Ну что ж, раз так, быть ему мужем Чудо-Девицы.

Но не успели они лечь спать, говорит ему Чудо-Девица, что забыла загнать в хлев теленка. Придется ей встать и загнать теленка.

- Ни за что! - закричал фогт. -- Я сам все сделаю!

И толстый фогт легко, словно юноша, спрыгнул с кровати и вышел во двор.

- Эй, послушай! Как только ухватишься за телячий хвост, скажи мне, - говорит ему Чудо-Девица.

- Ухватился! - крикнул фогт.

- Держаться тебе за телячий хвост, а хвосту за тебя, и скакать вам по всему белу свету до самой зари, - сказала Чудо-Девица.

Так оно и сделалось: фогт помчался сломя голову через горы и долы, и чем больше он ругался и кричал, тем быстрей припускал теленок. Покуда рассвело, фогт чуть не умер от этой скачки, и уж так он был рад выпустить наконец телячий хвост, что забыл и про мешок с деньгами, и про все остальное; домой он шел помедленнее, чем судья и писарь, но чем медленнее он шел, тем сподручнее было людям глазеть и пялиться на него, они себе и пялились, и ничего мудреного тут нет: такой был у фогта изможденный и обтрепанный вид после телячьей пляски.

А через день в королевском дворце играли свадьбу: старший сын собрался в церковь со своей невестой, а тот, что служил у великана, - с ее сестрой. Но только они сели в карету и хотели выехать со двора, как вдруг у них переломился валек в упряжке. Приладили новый - тоже переломился, снова другой приладили -тоже, хоть они и выбирали самое прочное дерево. Все вальки ломались, и никак им нельзя было выехать со двора, так что все очень опечалились. И тут ленсман - он тоже был зван на свадьбу - сказал:

- За лесом живет Чудо-Девица, и если вы возьмете у нее кочергу, которой она в печи мешает, кочерга эта ни за что не переломится.

Отрядили к Девице гонца и наказали спросить у нее, не одолжит ли она им свою кочергу, о которой ленсман говорил. Девица им не отказала, сделали они себе новый валек, и тот не переломился. Но только они тронулись со двора, глядь - разлетелось дно в карете. Наскоро вставили новое дно, но, как его ни сколачивали, ни приколачивали, все без толку. Не успеют они вставить новое дно и ударить по лошадям, как оно уж разлетелось в куски. Дело пошло еще хуже, чем с вальком. Тут писарь - раз судью позвали на свадьбу, отчего и писарю там не побывать? - и говорит:

- За лесом живет Чудо-Девица, и если она одолжит вам дверь от своей хижины, дверь эта ни за что не переломится.

Снова отрядили гонца за лес к Чудо-Девице и снова покорнейше попросили одолжить им вызолоченную дверь, ту самую, о которой писарь говорил. Снова Девица без раздумий отдала им дверь. Но только они собрались ехать, глядь - а лошади-то не могут сдвинуть карету с места. Поначалу были они запряжены шестеркой, потом взяли восемь лошадей, потом-десять, потом-двенадцать, но сколько ни впрягали лошадей, сколько кучера их ни погоняли, все без толку: карета словно приросла к месту. А время шло, и в церкви давно заждались женихов с невестами, и все, кто собрался в королевском замке, очень печалились; но тут фогт сказал, что далеко за лесом в вызолоченной избушке живет Девица, и если одолжит она им своего теленка, все будет хорошо, потому что теленок этот сдвинет с места любую карету, будь она хоть тяжелей горы. Не хотелось им ехать в церковь на теленке, да делать нечего; пришлось отрядить гонца, и он попросил Чудо-Девицу одолжить им теленка, и карета тронулась; теленок сразу припустил во весь дух, так что они даже опомниться не успели; то они падали, то в воздух взлетали, а когда подъехали к церкви, теленок завертелся, словно волчок, вокруг церкви, насилу они из кареты выбрались. А уж обратно теленок их повез еще быстрей: они и опомниться не успели, как карета остановилась на королевском дворе. Только они сели за стол, а королевский сын, тот, что у великана служил, и говорит: дескать, не грех бы им пригласить к столу и ту Девицу, которая за лесом живет и которая одолжила им кочергу, дверь и теленка.

"Ведь без этих-то вещей нам бы до сих пор не выехать со двора". Король с ним тотчас согласился и послал пятерых самых верных своих слуг в вызолоченный домик передать Чудо-Девице низкий поклон от короля и спросить, не пожелает ли она отобедать у короля за свадебным столом.

- Передайте и вашему королю поклон, - отвечала им на то Чудо-Девица, - да скажите ему, что если он слишком хорош, чтобы самолично прийти ко мне, то и я слишком хороша, чтобы к нему ходить.

Пришлось самому королю собраться в путь; с ним Чудо-Девица и явилась к свадебному столу. Король сразу смекнул, что эта девица не простая, и усадил ее на почетное место рядом с младшим женихом.

Посидели они, посидели за столом, и тут Чудо-Девица вытащила двух золотых курочек да золотое яблочко, что увезла от великана, да поставила их на стол перед собой. Курочки сразу принялись отбирать друг у друга это яблоко.

- Нет, ты только погляди, как они бьются из-за яблока, -сказал королевский сын.

- Так и мы с тобой бились, чтобы на волю выйти, - отвечала Чудо-Девица.

Тут королевский сын и узнал ее, и уж так он обрадовался, что не описать. А сестру невесты, которая подсунула ему заколдованное яблоко, он велел привязать к хвостам двадцати жеребцов, и они разорвали ее на части, на мелкие-премелкие, а потом сыграли королевич с Чудо-Девицей настоящую свадьбу, и хоть несладко было ленсману, писарю и фогту это видеть, но и они на ней до конца гуляли.